Изначально он собирался предстать перед Александром Радомским в облике неприемлемого зятя. Отталкиваясь собственным опытом с женщинами, он думал, что невеста будет счастлива заполучить такого мужа, а значит – заставить девушку отказаться от брака будет гораздо труднее, чем вывести из терпения её отца. Но после того, как Константин услышал, с какой искренней любовью и уважением барон говорил о его отце, он понял, что не сможет этого сделать, по крайней мере, грубым способом, как собирался.
Ему уже пришлось солгать, объяснив свою задержку тем, что один из его сопровождающих заболел, в то время как на самом деле медлил он специально. По несколько дней они задерживались в каждом городишке, а в одном – так даже целую неделю из-за хорошенькой рыженькой девушки.
Теперь планы пришлось пересмотреть, во всяком случае, в той части, которая касалась барона. Константин не хотел опозорить своего отца недостойным поведением в глазах этого человека.
- О вашей дочери, господин Радомский.
- Да, я видел из окна, как вы встретились.
Александр был на вершине счастья, когда собственными глазами увидел, как Анна счастливо улыбалась графу. Теперь ему оставалось только не выдать свою радость. Это было нелегко, но барон справился.
- Я сожалею, - продолжил он. – Что моя дочь выглядела не самым лучшим образом. Но, видите ли, большую часть времени она возится с лошадьми и поэтому так одевается, а не…
- Так она работает с лошадьми?
Изумление Константина было так велико, что ему даже не хватило времени на то, чтобы высказать своё одобрение. Но его тона оказалось достаточно, чтобы настроить Александра на воинственный лад.
- У нас конный завод, - пояснил барон. – И Анна – единственная из всех дочерей, кто проявляет к ним хоть какой-то интерес.
Его голос звучал раздраженно, и Константин с облегчением понял, что на верном пути. Значит, отец допускал такие занятия для своей дочери, и, стало быть, не будет ошибкой высказать своё неодобрение. То, как воинственно отозвался барон на его замечание, подсказало Константину, что тот, предвидел такой ход событий.
И чтобы Константин не заблуждался относительно его реакции, он мягко переспросил:
- Вы и в самом деле ей позволили?
«Попробуй-ка ей не позволить!» - подумал Александр, но вслух ничего не сказал. В его интересах было по крайней мере до свадьбы не дать выяснить Константину, насколько упряма его невеста.
- Я не видел в этом ничего плохого, тем более что у неё есть талант, и она умеет прекрасно общаться с животными, - ответил он. – Анна их лечит и разводит.
- Прощу прощения.
Александр покраснел, и в его голосе снова послышались воинственные нотки:
- Послушайте, моя дочь не какая-нибудь белоручка! Она выросла в деревне и…
Александр умолк, ибо выражение лица Константина было более чем красноречивым.
Вздох барона не менее красноречиво выразил чувства отца, попавшего в безвыходное положение.
- Я не против, чтобы моя дочь поменяла занятие. А у молодой жены будет такая возможность: муж и дети заставят её оставить это дело быстрее.
Константин застонал про себя, соображая, уж не ляпнул ли он именно то, на что рассчитывал барон, и тщательно подбирая слова, ответил:
- Надеюсь, вы отдаёте себе отчет в том, что я живу в столице, в непосредственной близости от дворца? Образ жизни вашей дочери будет полностью отличаться от того, к которому она привыкла.
- Это будет ей только на пользу. Но она не откажется от своих ежедневных прогулок верхом.
- Большинство женщин катаются верхом ради удовольствия.
- А как насчет скачек?
- Что за чушь! Ни одна аристократка в них не участвует. А ваша дочь разве?...
- Иногда.
- Больше этого не будет, - сказал Константин деревянным голосом.
- Прекрасно.
Константин слегка осел в кресле. Он считал, что делает всё возможное, чтобы вызвать у барона недовольство, а оказалось, он помогает тому найти идеальный выход из трудной ситуации с ненормальной дочерью.