Внезапно впереди замигал свет. Они наткнулись на какую-то деревушку или на воров, а может, и на то и другое сразу. Но Анна и не подумала остановиться, а продолжала гнать коня на свет, и через несколько минут граф понял почему. Её табун! Она увидела своих лошадей и вероятно, пришла в такую ярость, что даже не подумала об опасности. Ослепленная гневом, девушка была не в состоянии действовать разумно. Константин не мог её остановить, только бессильно наблюдал, как она врезалась в самую гущу разбойников, а их было около шести человек, и начала размахивать во все стороны хлыстом, который после той потасовки всегда носила на поясе. Ей удалось рассеять бандитов. Кони встали на дыбы. Один из воров вылетел из седла и покатился вниз по склону. Другой поднял пистолет, но тот был мгновенно выбит ударом её хлыста.
Константин выхватил пистолет и выстрелил. Перезаряжать его не было времени, и граф швырнул оружие в снег и выхватил саблю. И всё равно он подоспел слишком поздно, бандиты уже стащили Анну с лошади и свет погас, Константин не мог разглядеть, что там происходит.
Раздался выстрел – на этот раз стреляли в Константина. Но граф настолько оцепенел от холода, что даже не мог понять, ранен он или нет. Решив, что всё же нет, он накинулся на бандитов и начал работать саблей, размахивая ею направо и налево.
Бандиты снова бросились врассыпную, испугавшись его клинка больше, чем хлыста Анны, но не разбежались слишком далеко. Теперь граф наконец смог разглядеть Анну.
Она барахталась в снегу, а один из бандитов пытался прижать её к земле и связать веревкой. Увидев, что мерзавец посмел дотронуться до Анны, Константин обезумел от ярости, он резко ударил рукояткой сабли по голове бандита несколько раз, пока тот не потерял сознание.
Константин быстро спрыгнул, слегка поскользнувшись на снегу, и оказался лицом к лицу ещё с тремя ворами, а четвертый набросился на Анну, прежде чем она смогла подняться на ноги. Разбойник толкнул девушку лицом в снег и придерживая коленом, ловко скрутил ей руки. Через минуту он тоже ввязался в потасовку.
Теперь Константин уже овладел собой. Графа не пугал численный перевес врагов, он считал, что его умение владеть саблей дает преимущество по сравнению с этим сбродом.
Он был готов к атаке, и она не заставила себя ждать. Сначала Константину удавалось сохранить свою позицию, он решил, что в данной ситуации нужно меньше двигаться. Он выбил саблю у одного из атакующих, ранил другого и уже теснил третьего, когда вдруг замер как вкопанный, потому что в спину ему уперлось лезвие кинжала или сабли. Лезвие прошло сквозь плащ, камзол и рубашку, и граф убедился, что он ещё не совсем замерз, потому что почувствовал боль от раны.
Глава 20.
Глава 20.
- Граф Полонский. Скажите, мой добрый друг, Михаил тоже присоединится к нам?
Константин узнал этот низкий и глубокий голос. Он принадлежал человеку по имени Павел, и он был кем угодно, но только не другом Михаила. Почти такого же высокого роста, как Константин, Павел был более мускулистым, а с его смуглого лица никогда не сходило выражение воинственности.
Обернувшись, граф заметил, что возле Павла толпятся не менее дюжины его соратников, причем у многих из них были и ружья, нацеленные на Константина.
- Рад снова встретиться с тобой, Павел, - сказал Константин настолько неприветливо, что только идиот поверил бы в его искренность. – И отвечая на твой вопрос, скажу – нет. Михаил не собирается присоединится ко мне.
- Я разочарован, - заметил Павел, и голос его действительно звучал разочарованно. – Когда я узнал тебя, то понадеялся, что мне предстоит ещё один вызов судьбы, но, может быть, и ты сойдешь вместо своего кузена, а?
Константин ничуть не удивился, Павел был верен себе.
- Возможно, - угрюмо буркнул граф. – Но прежде всего я хотел бы воспользоваться горным гостеприимством. Я полагаю, твоя деревня где-то поблизости?