Он потянулся к этому теплу с такой силой, с какой никогда в жизни не тянулся ни к одному женскому телу.
Возбуждение графа было настолько сильным, что Константин боялся просто потерять контроль над собой. Итак, он лежал, начиная уже дрожать, и стискивал зубы, чтобы они не стучали, и разрывался между двумя своими потребностями.
Всё же можно попробовать лечь поближе, не касаясь её. Постель была узкой. Константин лежал лицом к Анне и уже оказался к ней совсем близко. Ещё чуть-чуть придвинуться и….
Анна вздохнула и вскочила как ошпаренная, когда его колено случайно коснулось её.
- Боже, да ты замерзаешь!
Нырнув руками под одеяло, она схватила его ногу, положила к себе на колено и быстро начала растирать её своими теплыми ладонями.
Одеяло сползло с её груди и держалось только на плечах, положение Константина было невыгодным, он завороженно смотрел на то, что открылось его взору.
- Неужели у тебя не хватило ума вытянуть ноги перед огнем? – говорила Анна язвительным тоном. – Разве тебе неизвестно, что, если ноги останутся холодными, ты никогда не согреешься!
Одна частица его тела была очень разгоряченной, можно сказать пылала, что ставило под сомнения её слова. Но Константин решил не посвящать её на этот счет, кроме того, он думал сейчас не о холоде, он думал о ней. Думал о ней, лежащей голой в этой постели, думал о том, чтобы лечь голым с нею рядом, представлял как она поворачивается к нему….
Вдруг он подумал, что вот она сидит, растирая руками его ноги и отчитывая его, и делает это так, словно это самая естественная и привычная вещь в жизни.
Константин никак не мог взять в толк, зачем Анна это сделала? Ну, например, почему настояла на том, чтобы лечь вместе? Может, она на время решила забыть о ссорах или…
При мысли о том, что могла быть и другая причина, сердце Константина заколотилось так сильно и громко, что его можно было бы услышать на расстоянии. Неужели он ей нравится, после всего, что произошло между ними?
Его ноги быстро согрелись, и онемение проходило. Через несколько минут Анна нетерпеливо сказала:
- Давай-ка сюда другую ногу!
Константин мгновенно подчинился и вскоре почувствовал, что всему телу стало теплее, то ли от её заботы, то ли от собственных мыслей.
- Спасибо тебе, - проникновенно сказал он, когда Анна наконец перестала растирать его ноги.
Она ответила коротким кивком и улеглась в постель, отвернувшись к стене. Отбросив осторожность, Константин принялся бессовестно лгать:
- Аня, я всё ещё мерзну. Мне показалось, ты сказала, что нам следует подарить друг другу тепло наших тел…
Перевернувшись на живот, Анна взбила подушку и застонала. Константин принял это добрым знаком.
- Ты передумала? – спросил он, стараясь, чтобы в его голосе звучало нечто среднее между равнодушием и разочарованием, а в его возбужденном состоянии, это было настоящим подвигом.
Девушка вздохнула:
- Нет, почему же? – и строго добавила. – Но только если ты будешь держать руки при себе, и не лапать меня.
Она повернулась на бок и слегка подвинулась назад, Константин придвинулся ближе, и теперь её спина касалась его груди, но он хотел, чтобы их тела касались друг друга везде, и придвинулся ещё ближе. Анна выразила свой протест, попытавшись отодвинуться, но Константин последовал за ней, и так как двигаться дальше было некуда, она сдалась.
Это был весьма хитрый способ соблазнения. Константин как бы случайно касался её тела в одном месте, потирал в другом, ворочался, вытягивался, щекотал теплым дыханием шейку. Он чувствовал, как тело Анны постепенно расслабляется, но тут та часть его тела, которая крепко стояла, прижалась вплотную к её ягодицам.
Анна вся напряглась:
- Мне кажется, Полонский, ты уже согрелся.
Пожалуй, это было даже преуменьшением, он весь просто горел рядом с ней. Константин взял себя в руки и прошептал ей на ушко:
- Так почему же я все ещё дрожу?
- Я не понимаю…
Константин тут же перебил её:
- Конечно, ты не понимаешь, ты же завернулась в одеяло, а надо просто укрыться им сверху, и чтобы я лежал рядом.
- Полонский…
Он снова перебил её:
- Подвинься поближе, и ты убедишься.