- Сначала я увижу тебя в аду!
- Ты увидишь меня там, если не покончишь с этой помолвкой!
- Я уже говорила тебе, что не могу! Я дала обещание!
- Да Господи! Женщины каждый день нарушают обещания. Чем же ты отличаешься?
- Честью, - серьёзным тоном ответила она. – Но я не удивлюсь, что ты не имеешь о ней ни малейшего представления!
С этими словами Анна вышла из комнаты, и Фоме пришлось оттащить Константина от двери, когда тот бросился за ней.
- Оставь ты её уже, пока она не исполосовала тебя ещё хуже.
Константин обернулся к нему:
- Ты слышал, что она сказала?
- Да, и ты сам на это напросился, - решительно возразил Фома. – Какой черт дернул тебя сказать, что ты продашь её лошадей?
- Это было необходимо. Или ты не понял? Она собиралась излить на меня поток своей благодарности.
- Боже мой! Ну и что в этом такого?
- А то, что благодарность и ненависть не могут идти рядом, - сказал граф и тяжело вздохнул. Почувствовав внезапную усталость, он опустился на стул, принесенный Анной. – Знаешь, Фома, у меня такое чувство, что я угодил в ловушку, из которой мне не выбраться…
Перемена темы и внезапная усталость Константина настроили Фому на мирный лад:
- Это оттого, что ты целиком зависишь от матери и не уверен, что она примет Анну так, как ты надеялся.
- Нет, она будет в ужасе от Ани, я не сомневаюсь, дело не в этом. Моё чутье говорит мне, что я сам никогда не смогу отпустить её…
Глава 25.
Глава 25.
*Кабемар – выдуманный город автором.
В окутанной туманом долине столица королевства казалась яркой жемчужиной в тусклой оправе. Анна увидела город издалека, и мрачная погода прекрасно подходила к её настроению. Даже когда они достигли первых улиц и туман рассеялся, выглянуло солнце, настроение её не улучшилось.
Кабемар был большим городом, давно вышедший за пределы своих первоначальных границ – крепостных стен, которые теперь крошились от старости.
Перед тем как покинуть горы, путешественникам пришлось провести ночь в личном охотничьем домике герцога Михаила. Слово «личный» как нельзя лучше отвечало назначению этого жилища, герцог посещал его в тех случая, когда хотел побыть в одиночестве. Единственная спальня в домике ясно говорила о том, что обычно Михаил не приглашал с собой друзей или семью.
Анна всё ещё кипела от злости, вспоминая угрозу Константина продать её лошадей, и даже не стала спрашивать разрешения занять единственную спальню, а поставила графа перед фактом.
Тот и сам был не в лучшем расположении духа, и хотел возмутиться:
- Значит так?
- Пора привыкать к неудобствам, - заявила ему Анна. – Скоро у тебя будет жена.
- И тогда мы будем…
- И не надейся! – она захлопнула дверь прямо у него перед носом.
С тех пор невеста с ним не разговаривала. Но её гнев продлился не очень долго, и скоро его сменило уныние. Последние несколько дней были мрачными и пасмурными, они все брели в тумане, и настроение Анны было самым скверным с того момента, как она начала свой путь в Кабемар.
Ни Даша, ни её братья не могли развеселить Анну, хотя даже Федька считал, что Константин не собирался выполнять свою угрозу насчет лошадей.
- Он слишком богат. Зачем ему их продавать?
- Чтобы поквитаться со мной!
Накануне Даша попыталась развеселить её, сообщив, что «Фома спрашивал, почему Аня не хочет выходить замуж за Константина».
- Но ты же ему не сказала, да?
С самым невинным видом Даша спросила:
- А что, разве это секрет?
- Это не его дело!
Даша фыркнула:
- Конечно, но это, дело Константина, и вам следовало бы сказать хотя бы ему.
- Он никогда меня не спрашивал…Ты не сказала Фоме всего или всё-таки проболталась?
- Вы имеете ввиду эти пропащие годы? – уточнила Даша, и увидев, как порозовело лицо Анны, нагло соврала: - Конечно нет! Я сказала, спросите у неё самой.
И Анна решила, что раз он не подходит к ней с таким вопросом, значит потерял к этому интерес.