И это было страшно.
Не киношно.
Не красиво.
По-настоящему страшно.
— Вы оба совсем с ума сошли?! — выкрикнула я.
Никто не ответил.
Оба смотрели только на меня.
И от этого было ещё хуже.
— Ника, отойди, — хрипло сказал Кирилл.
— Нет!
— Он…
— Я сказала — нет!
Я резко повернулась к Марку.
— И ты не смей даже двигаться!
Он молчал.
Только смотрел.
Дышал тяжело.
Кровь стекала по подбородку.
Футболка на плече порвана.
И всё равно он стоял так, будто ещё полсекунды — и снова рванёт вперёд.
— Ты… — у меня даже голос сорвался от злости. — Ты вообще нормальный?!
Он усмехнулся.
Без капли веселья.
— А ты только сейчас поняла?
— Заткнись!
Я обернулась к Кириллу.
— И ты тоже! Оба заткнулись!
Коридор вокруг нас замер.
Люди стояли полукругом. Телефоны, шёпот, чьи-то вздохи. И полное ощущение, что ещё чуть-чуть — и я тоже кого-нибудь ударю.
Кирилл вытер кровь с губы.
— Ника, я бы не полез, если бы он…
— Если бы он — что? — резко перебила я. — Что? Посмотрел не так? Заговорил не так? Существовал рядом со мной не в том радиусе?
— Дело не в этом.
— А в чём тогда?
Он сжал зубы.
Марк хрипло рассмеялся рядом.
— Скажи ей, капитан.
Кирилл резко повернул голову к нему.
— Завались.
— А то что?
— Всё, ещё слово — и я вас обоих реально убью, — отрезала я.
И вот тут впервые за всё это безумие кто-то из них сделал что-то разумное.
Марк поднял руки.
Чуть-чуть.
Показывая, что не двигается.
Но взгляд у него оставался таким же бешеным.
— Отлично, — сказала я. — Теперь оба отошли друг от друга.
Кирилл не двинулся.
— Кирилл!
Он отступил первым.
На шаг.
Потом ещё на один.
Марк смотрел на него секунду.
Потом тоже медленно отошёл назад.
Я только тогда смогла вдохнуть.
По-настоящему.
Из толпы наконец пробился тренер.
Лицо у него было такое, что все вокруг мгновенно сделали вид, что вообще просто мимо проходили.
— Вы оба в конец охренели?! — рявкнул он так, что стекло у окна будто дрогнуло. — В мой кабинет. Сейчас же.
Ни Марк, ни Кирилл не ответили.
Тренер перевёл взгляд на меня, потом на разбитые лица, на толпу, на чьи-то телефоны.
И выругался уже тише, но куда страшнее.
— Живо.
Кирилл первым пошёл к лестнице.
Марк двинулся следом.
Но, проходя мимо меня, остановился на полсекунды.
Посмотрел сверху вниз.
Кровь на губе. Дыхание тяжёлое. Глаза всё ещё тёмные и злые.
— Ты в порядке? — спросил он хрипло.
Я уставилась на него.
Вот просто уставилась.
Потому что после всей этой дикой драки, после этого безумия, после ударов и крови он спрашивал это так, будто главным сейчас было только одно — не меня ли задело.
— Иди к чёрту, Громов, — прошептала я.
На секунду мне показалось, что в его взгляде мелькнёт усмешка.
Но нет.
Он просто кивнул.
И вот тогда он сделал то, от чего у меня сбилось всё.
Он поднял руку.
Медленно.
Будто давая мне возможность отстраниться.
И большим пальцем очень легко провёл по моей щеке — там, где выбилась прядь волос.
Настолько невесомо, что можно было бы сделать вид, будто мне показалось.
Но не показалось.
Совсем нет.
Я застыла.
Сердце ударило так сильно, что стало больно.
— Ты вся дрожишь, — сказал он тихо.
— Убери руку.
Он убрал.
Сразу.
И именно это почему-то было ещё хуже.
Потому что если бы он стал спорить, я бы разозлилась.
А так — он просто послушался.
И смотрел.
Молча.
— Я тебя сейчас ударю, — прошептала я.
Уголок его губ дрогнул.
— Нет.
— Почему ты так уверен?
— Потому что ты хочешь не этого.
Воздух между нами будто стал густым.
Слишком.
Я сделала шаг назад.
Потом ещё один.
— Нет, — сказала я уже твёрже, больше себе, чем ему. — Нет. Всё. С меня хватит.
Развернулась.
И пошла прочь, не оглядываясь.
На этот раз действительно быстро.
Почти бегом.
Потому что если бы задержалась ещё хоть на секунду, случилось бы что-то очень плохое.
И я впервые в жизни не была уверена, что именно.
Глава семнадцатая
К вечеру об этой драке знал уже весь университет.
Нет, не так.
К вечеру об этой драке, кажется, знал уже весь город.
Потому что, пока я добралась до общежития, мне успели написать три девочки с потока, одна бывшая одноклассница, с которой я не разговаривала полгода, и даже какая-то незнакомая первокурсница, приславшая мне сообщение: