Только чувство.
Голое.
Жестокое.
Опасное.
Ника почувствовала, как у неё дрожат губы.
И впервые за долгое время не от злости.
Глава тридцатая
Телефон у Ники завибрировал ещё до того, как она дошла до общаги.
Общий чат курса.
Видео.
Она открыла — и сразу застыла.
Коридор у арены. Крик. Удар. Марк и Кирилл. Она между ними. Пощёчины. Тренер. Всё.
Кто-то уже подписал:
“Лебедева, Белов, Громов. Финал сезона.”
Под видео летели сообщения.
Это из-за неё?
Громов псих.
Белов тоже хорош.
Они оба в неё влетели давно.
Жесть.
Ника резко выключила экран.
Через минуту телефон снова зазвонил.
Не сообщение.
Звонок.
Мама.
Чёрт.
Она сбросила.
Сразу пришло новое сообщение от Аси:
НЕ ЗАХОДИ В ЧАТ. ТАМ АД.
Поздно.
Ника ускорила шаг. На ступенях общаги её уже ждала Ася.
— Видела?
— Да.
— Это разнеслось вообще всем.
— Вижу.
Они поднялись в комнату. Ника швырнула сумку на кровать. Телефон опять завибрировал.
Новый номер.
Она открыла.
Завтра в десять дома.
Ты тоже будешь там.
Надо поговорить.
Без подписи.
Но она и так поняла.
Отец Марка.
Ася увидела её лицо.
— Что ещё?
Ника молча показала экран.
— О нет.
— Да.
— Ты не пойдёшь.
Ника не ответила.
Телефон снова завибрировал.
Теперь Марк.
Не отвечай ему.
И никуда не езжай.
Она уставилась в экран.
Сразу следом второе:
Я приеду.
Ася выхватила у неё телефон.
— Нет. Только не сюда. Мне и драки хватило.
Ника забрала телефон обратно.
Написала коротко:
Не приезжай.
Ответ мгновенный:
Поздно.
Через десять минут внизу под окнами хлопнула дверь машины.
Ника выругалась, схватила куртку и вылетела из комнаты.
Марк стоял у входа.
Чёрная куртка, мокрые волосы, разбитая губа, тёмный взгляд. Вид хуже, чем после арены. Похоже, дома он тоже не отдыхал.
Он шагнул к ней сразу.
— Телефон.
— Что?
— Дай телефон.
— Зачем?
— Дай.
Ника отступила на шаг.
— Совсем охренел?
Марк выдохнул и провёл рукой по лицу.
— Видео уже везде. Мне плевать. Но если он тебе написал, я хочу видеть.
Она сжала телефон сильнее.
— Это не даёт тебе права...
— Ника.
Он сказал это жёстко. Впервые без мягкости, без игры.
— Сейчас не время спорить.
Она замолчала.
Потом сама открыла сообщение от его отца и ткнула экран ему в лицо.
Марк прочитал.
Челюсть у него дёрнулась.
Он резко отвернулся, достал свой телефон, быстро набрал кого-то и пошёл к машине. Ника слышала только обрывки:
— Нет.
— Я сказал нет.
— Она никуда не поедет.
— Попробуй.
Он сбросил вызов так резко, что телефон едва не вылетел из руки.
Ника подошла ближе.
— Что происходит?
— Ничего хорошего.
— Это я уже поняла.
Марк посмотрел на неё.
Очень прямо.
— Ты сейчас собираешь вещи.
— Что?
— На одну ночь.
— Марк.
— Не спорь.
— Нет, ты сейчас объяснишь!
Он шагнул ближе и понизил голос.
— Отец не умеет разговаривать спокойно, когда злится. А сейчас он злится. Очень. И если он решил, что ты часть проблемы, я не оставлю тебя здесь.
У Ники внутри всё сжалось.
— Он что, приедет сюда?
— Может.
— Боже.
— Поэтому пять минут. Вещи. И вниз.
Она уставилась на него.
— Ты сейчас серьёзно хочешь увезти меня из общаги ночью?
— Да.
— Куда?
— Ко мне.
— Ты с ума сошёл.
— Уже давно.
— Нет.
— Ника.
Он схватил её за плечи.
Не грубо. Но жёстко.
— Посмотри на меня.
Она посмотрела.
И впервые увидела в нём не злость, не ревность, не упрямство.
Реальную тревогу.
— Я не шучу, — сказал Марк. — Вверх. Сейчас.
И она пошла.
Сборы заняли три минуты.
Ася носилась по комнате быстрее Ники.
— Зарядка.
— Пижама.
— Щётка.
— Господи, это уже какой-то побег.