— Я же сказал.
— Что?
— Вернёшь завтра.
Я раздражённо выдохнула.
— Громов, это уже не смешно.
— А я и не шучу.
— Тогда бери её сейчас.
Он посмотрел на куртку.
Потом снова на меня.
И вдруг шагнул ближе.
Слишком близко.
Я почувствовала, как он забирает куртку из моих рук… но вместо того чтобы надеть её, он спокойно повесил её мне на плечи.
Я замерла.
— Ты что делаешь?
— Возвращаю.
— Я только что отдала её тебе.
— Я передумал.
Я попыталась снять её.
Но Марк уже держал края куртки.
Его руки оказались по обе стороны от меня.
И вдруг я поняла, что снова стою почти прижатая к стене.
Он наклонился чуть ближе.
— Ника.
— Что?
— Ты всё равно придёшь.
— Нет.
— Придёшь.
— Почему?
Он слегка усмехнулся.
— Потому что тебе интересно.
— Ошибаешься.
— Тогда докажи.
Я нахмурилась.
— Что?
— Не приходи.
— Я и не собиралась.
Он выпрямился.
— Отлично.
Я скрестила руки.
— Отлично.
Он уже сделал шаг назад.
А потом вдруг сказал:
— Кстати.
— Что ещё?
Он посмотрел прямо мне в глаза.
— Ты очень мило выглядишь в моей куртке.
И тихо рассмеялся.
— Увидимся завтра, Лебедева.
Я ничего не ответила.
Но когда он ушёл по коридору, у меня появилось очень неприятное чувство.
Потому что почему-то казалось, что Марк Громов уже уверен, что я всё-таки приду.
И это раздражало меня больше всего.
Я не пришла.
Во всяком случае, я очень старалась не прийти.
В семь часов вечера я сидела в своей комнате, открыв ноутбук и уставившись в экран так сосредоточенно, будто от этого зависела моя жизнь.
На самом деле на экране уже десять минут была одна и та же страница конспекта.
Я не читала ни строчки.
Часы на телефоне показывали 18:57.
Я раздражённо перевернула его экраном вниз.
— Ника, — сказала Ася со своей кровати. — Ты прожжёшь взглядом стол.
— Я учусь.
— Конечно.
Я сжала зубы.
— Я правда учусь.
— Конечно.
— И вообще, какое тебе дело?
Ася тихо хмыкнула.
— Ника.
— Что?
— Ты уже пять раз посмотрела на часы.
— Неправда.
— Правда.
Я резко захлопнула ноутбук.
— Правда.
— Я просто думаю.
— О чём?
— О том, что Марк Громов — самоуверенный идиот.
— Ага.
— И я не собираюсь участвовать в его играх.
— Ага.
Я прищурилась.
— Почему ты говоришь "ага"?
— Потому что через три минуты будет семь.
Я посмотрела на часы.
18:59.
Чёрт.
Я резко отвернулась.
— Я не пойду.
— Хорошо.
— Я серьёзно.
— Конечно.
Я поднялась со стула и начала ходить по комнате.
— Он думает, что может просто решить за меня.
— Угу.
— Как будто я обязана.
— Угу.
— Это вообще наглость.
— Полностью согласна.
Я остановилась.
— Ты вообще меня слушаешь?
Ася перевернулась на бок.
— Да.
— И?
— И ты сейчас всё равно туда пойдёшь.
— Нет!
— Ника.
— Нет!
Она вздохнула.
— Тогда перестань надевать кроссовки.
Я замерла.
Посмотрела вниз.
На свои ноги.
На кроссовки.
Я медленно выпрямилась.
— Это… просто удобно.
Ася уткнулась лицом в подушку и начала смеяться.
— Я тебя ненавижу.
— Конечно.
Я схватила куртку.
— Я просто выйду прогуляться.
— Конечно.
— И вообще, я не знаю, где он.
— У арены.
Я остановилась у двери.
— Почему ты так уверена?
— Потому что Марк Громов — не тот человек, который назначает свидания в библиотеке.
Я ничего не ответила.
Просто вышла.
Вечер был холодный.
Кампус почти опустел, фонари уже горели, и издалека доносились какие-то голоса со стороны спортивного корпуса.
Я шла быстро.
Очень быстро.
И всё время повторяла себе одно и то же.
Я не иду к нему.
Я просто гуляю.
Я просто…
Я остановилась.
Потому что уже стояла перед ледовой ареной.
Отлично.
— Гениально, Ника, — пробормотала я.
Я уже собиралась развернуться, когда дверь арены открылась.
И кто-то вышел наружу.
Я узнала его сразу.
Марк.
Он был в чёрной футболке и джинсах, без формы, руки в карманах. Свет фонарей падал на его лицо, делая взгляд ещё темнее.