Тогда я предпринял вторую попытку узнать, где Лиля проходит практику, и направился прямиком в деканат. Увы, там меня очень мягко и вежливо послали. Не прокатило даже то, что я назвался Лилиным братом.
Отчаявшись, я поплёлся на потоковую лекцию по маркетингу, где сразу же заприметил черноволосую девчонку, с которой разговаривала Лиля в день нашей встречи в университете.
— Видишь ту готессу, — шепнул я, сев рядом с Алексом.
Друг посмотрел в направлении моего пальца, который указывал на знакомую Лили, и кивнул.
— Знаешь её?
Снова кивок.
Главное хобби нелюдимого Алекса, как ни удивительно, — сплетни. Если его закинуть в абсолютно новое место, где никто его не знает и где он тоже никого не знает, то уже через несколько дней Алекс будет знать про окружающих почти всё. А они про него всё ещё ничего.
Ни я, ни Фил не понимали, как это работает. Наверное, у Алекса это было что-то вроде суперспособности — беспалевно всё про всех узнавать.
— Это Наринэ Маилян. И она не гот, а эзотерик. — Алекс вынул из рюкзака два «Чупа-Чупса», ловко развернул один и сунул за щеку. — Будешь? — предложил он мне второй леденец.
— Не, спасибо.
Рюкзак Алекса всегда был набит «Чупа-Чупсами», которые он использовал вместо сигарет — иначе бросить курить у него никак не получалось.
— Эзотерик? Это что за направление такое? — спросил я, косясь на Наринэ.
— Учение о мистицизме.
— Гот, я же сказал.
— Нет, это совершенно другое! — Алекс повысил голос.
Я удивлённо посмотрел на него.
— Ты чего распалился? Влюбился, что ли?
— Не твоё дело, — Алекс раскрыл тетрадь и сделал вид, что с интересом слушает преподавателя.
Снова посмотрев на девчонку-эзотерика, я толкнул Алекса в бок и шепнул:
— А она ничего такая. Главное, чтобы по кладбищам ночью не шаталась и петухов не резала. А так я одобряю ваш союз.
— Да пошёл ты! — прошипел Алекс, отодвигаясь от меня в сторону.
Я тут же подвинулся ближе к нему, не собираясь отставать. То, что мне было надо, я ещё не получил.
— Она ведь с Лилей Беловой общается, верно?
Алекс неохотно кивнул.
— Они одногруппницы.
— Отлично! — Я расплылся в довольной улыбке. — Кстати, а что третьекурсница забыла на потоке перваков?
— Она два образования получает.
— Крутая. — Я одобрительно присвистнул.
Друг озадаченно уставился на меня.
— Что ты задумал, Романов?
— Да так, надо получить одну информацию, — бросил я.
Лицо Алекса тут же расслабилось, в карих глазах блеснуло понимание.
— Так бы и сказал, что хочешь к Рине на сеанс гадания записаться.
— Она что, ещё и гадает? — опешил я.
— Да, на Таро… — Алекс озадаченно моргнул. — А ты что имел в виду?
14
— То и имею в виду! Таро! Мне надо к ней на сеанс! — выпалил я, радостно улыбаясь. О том, что такое Таро, я представлял смутно. Да и плевать я на него хотел с высокой колокольни. Все, что мне было нужно, — это узнать у Наринэ, где Лиля проходит практику. — Как мне к ней записаться?
— Да просто, — пожал плечами Алекс. — Подходишь и говоришь, что хочешь, чтобы она тебе погадала.
— А ты уже просил? — поинтересовался я, внимательно глядя на друга.
Алекс выпучил глаза и мотнул головой.
— Что за трусливо-категоричная реакция? — хохотнул я. — Она что, реально тебе понравилась, но ты боишься к ней подкатить?
Тяжело вздохнув, Алекс кивнул.
— Чувак, у тебя же в школе была репутация бабника! — напомнил я ему. — Ты сам её тщательно создавал.
— В школе была, а в универе сплыла, — пожаловался Алекс, рисуя на полях тетради узоры. — Тут надо усердно учиться, чтобы удержаться на бюджете. Мне тяжело. На поддержание липового статуса времени совсем нет. Ещё и мама заболела, не работает…
— Что с ней? — взволнованно спросил я.
Ирина Петровна воспитывала Алекса в одиночку и трудилась на нескольких работах. У них с Лилей и Мариной Витальевной была похожая ситуация — тяжёлый развод, постоянное отсутствие денег и стабильной работы. Но Марине Витальевне повезло встретить моего папу, а вот мама Алекса вынуждена была пахать от рассвета до заката, чтобы обеспечить себя и сына. Алекс тоже подрабатывал, помогая ей, но большую часть времени у него забирала учёба, что сильно его тяготило.
— Давление. Вчера весь день не могли снизить таблетками, в итоге вызвали скорую. Ей снова открыли больничный.
— Держись, — я положил ладонь на плечо Алекса. — Если что-то понадобится, говори, не стесняйся. Понял?