Юле сразу стало не по себе.
- Что ж спасибо. Может, ты меня уже поставишь на ноги? Опасность миновала, и я должна закончить готовку.
- Конечно, - он нехотя отпустил ее.
Юля поставила форму на стол и стала намазывать ее маслом. Тимур продолжал стоять рядом и следить за всеми ее действиями.
- Ты хотел сказать что-то еще? - спросила Юля, чувствуя на себе его взгляд. Это ее немного напрягало.
- Нет. А что я тебе мешаю?
- Мешаешь.
- Но я вроде бы ничего не делаю. Просто стою.
- Вот это мне и не нравится. Ты смотришь на меня.
- Погоди что-то я не пойму. Тебе не нравится то, что я просто стою или, то, что я смотрю на тебя?
- И то и другое, - раздраженно ответила девушка, укладывая тесто в форму.
- Юль, думаю нам нужно поговорить.
- Нет не нужно.
- Нет нужно. Юль я знаю, что ты не рада тому, что я появился в твоей жизни, но раз это случилось то нам нужно прекратить вражду. Давай начнем нормально общаться. Хотя бы ради Джеймса.
Девушка открыла духовку и поставила в нее пирог.
Он хочет прекратить вражду. Хочет дружить. Дружить так, будто не было этих восьми лет. Как будто он никогда не выгонял меня. Не говорил тех слов. Да не пошел бы он подальше. Я не смогу дружить с ним. Одно дело разрешить ему общаться с сыном, которого он не хотел, и другое принять его как он говорит дружбу. На это я пойти не могу.
Она повернулась к нему, чтобы сказать об этом, но тут ее взгляд упал на его лицо. На его шрамы. И все ее мысли приняли другое направление. О том насколько больно ему было, когда он их получил. Ей вдруг стало интересно узнать об этом.
- Так как Юль ты согласна прекратить враждовать хотя бы ради нашего сына? - с надеждой спросил Тимур. - Ну, или не делать этого при нем. Юль он не должен видеть наших ссор.
Вместо ответа Юля, словно завороженная шагнула к нему и перепачканной в муке рукой осторожно дотронулась до его шрамов. Тимур вздрогнул от этого внезапного прикосновения.
- Как это произошло? - тихо спросила девушка.
Мужчина тяжело вздохнул и ответил:
- Это произошло через три дня после того как я прогнал тебя. Мы с другом ехали в машине на большой скорости. Столкнулись с другим автомобилем. Нашу закрутило на дороге. Я помню, как в нас стали врезаться другие машины. От очередного удара я ударился головой и потерял сознание. Очнулся только в больнице. Позже мне сказали, что когда меня вытаскивали спасатели, произошел взрыв одной из машин. Меня и несколько людей, которые пытались меня вытащить, ударной волной отбросило в сторону. Сказали, что я упал в груду искореженного металла и разбитого стекла.
Юля провела пальцами по каждому из шрамов. Она сама не понимала, почему сейчас стоит и... жалеет его. Нужно было просто взять и отойти. Но она не могла. Как будто что-то притягивало ее к нему. Она вспомнила, как впервые в жизни дотронулась до его лица в момент, когда они занимались любовью в его номере. Тогда его лицо было идеальным. Зато душа ужасной.
А что если теперь эти две вещи поменялись местами? Вдруг внутренне он изменился, так же как и внешне.
- Тебе все еще больно? - она провела по самому большому шраму, на его скуле оставляя белый след от муки. Она опустила взгляд на его шею.
Мужчина сглотнул. Внутри него стал разгораться пожар от каждого ее прикосновения. У него не укладывалось в голове, что Юля не только спокойно реагирует на его внешность в отличие от остальных, но еще и дотрагивается него. Особенно после того что он ей сделал.
- Нет. Не больно, - Тимур наслаждался каждой секундой ее прикосновения, прекрасно понимая, что в любой момент она может отпрянуть и между ними снова образуется невидимая стена. Стена, которую он так хотел разрушить.
- Насколько мне известно, люди после аварии имеют еще и внутренние последствия. Травмы, которые часто напоминают о себе, - она дотронулась до шрама, который начинался от его лба. - У тебя то же они есть?
- Есть. Временами меня мучают головные боли. Такие сильные, что хочется лезть на стену.
- А возле подъезда, когда к тебе подошел Джеймс были именно эти боли?
- Да, - Тимур заметил, как вздымается ее грудь из-под обтягивающей голубой майки. Его желание дотронуться до ее гладкой белоснежной кожи становилось все сильнее.
Девушка закончила исследовать его лицо и перешла к шее. Там шрамы были не такими явными. Четыре полоски уходили под ворот его рубашки. Юля захотела узнать, где именно они кончаются и есть ли еще повреждения на его теле.
Проведя по полоскам на его шеи, она еле слышно произнесла:
- Я хочу увидеть все. Покажи!
Он взял ее за руку, когда отвернула белый воротничок.