Олег Петрович не став слушать дочь вплотную приблизился к Тимуру.
- Слушай сюда Гордеев мне плевать, что ты большая шишка. Если ты снова заставишь ее страдать, я тебя убью. Клянусь, я это сделаю. Не знаю, почему моя дочь снова легла с тобой в постель, и совершила вновь ошибку, забеременев от тебя, но я тебе обещаю, что авария, в которой ты оказалась, покажется тебе раем, если она снова пострадает от твоих рук и действий. Пусть меня покарают потом, но зато...
Терпение у Юли кончилось, когда она увидела, как у отца сжимается кулак. Наверное, он решил исполнить свою угрозу прямо сейчас. Конечно, в любой другой ситуации ему с Тимуром не справиться. У Тимура было не только преимущество в возрасте, но в габаритах. Но сейчас это ему мало бы помогло. Особенно если кулак отца попадет ему по голове по месту, где была сделана операция. Тогда вообще не известно встанет он или нет. Джеймс может снова потерять отца, а она любимого человека.
Чтобы не допусти трагедии, она втиснулась между мужчинами, заслоняя собой Тимура.
- С меня хватит папа! Ты не намного лучше его. Вспомни, как ты то же уговаривал меня сделать аборт.
Олег Петрович отшатнул от нее и часто заморгал глазами.
- Юля...
- Что "Юля"? Ты обвиняешь человека, хотя сам не лучше. Да он совершил ошибку. Так же как и ты. И я простила его, так же как и тебя. Он, как и ты осознал все свои ошибки и решил все исправить. И должна сказать, что он стал прекрасным отцом для Джеймса. Твой внук счастлив. Так что забудь уже все, что тогда произошло, как это сделала я.
- Я не могу Юль он же... - уже тише произнес Олег Петрович.
- Прекрати лезть в мою жизнь. Я уже взрослая. Я могу сама выбирать, кого любить с кем спать и за кого выходить замуж. И не надо так смотреть на меня. Да я люблю, и ты с этим ничего не поделаешь. Тебе придется с этим смериться, - она выдохнула и открыла перед отцом в дверь. - Уходи пап. Тебя ждут.
Мужчина открыл рот, чтобы что-то сказать, но вдруг передумал и наконец-то ушел. Юля с облегчением захлопнула за ним дверь и, закрыв глаза, прислонилась к ней спиной.
Так с одним разобралась. Теперь настала очередь Тимура. Сейчас посыпятся вопросы типа, почему ты мне не сказала о ребенке, почему не рассказала о прошлом и так далее и тому подобное. Когда уже закончится эта полоса неудач? Честное слово же нет сил на все это. И так все не очень хорошо так еще и отец вечно лезет не в свое дело. Как он не понимает, что своими действиями делает только хуже?
Она продолжала стоять возле двери, ожидая, когда Тимур начнет задавить вопросы. Прошло минуты две-три, а в прихожей по-прежнему было тихо. Напряжение, исчезнувшее после ухода отца, стало нарастать вновь. Не зная, куда себя деть, она обхватила себя за живот. Веки ее были по-прежнему закрыты.
- Юль тебе плохо? - нарушил тишину Тимур.
- Нет! - ответила Юля, инстинктивно погладила плоский живот.
Внезапно Тимур подхватил ее на руки. Юля тут же запротестовала:
- Ты с ума сошел? Ты что делаешь? Тебе же сейчас запрещены нагрузки. Поставь меня.
Но Тимур не стал ее слушать и понес в первую же комнату. Угадайте в какую.
- Тимур я могу идти сама!
- Знаю. Но должен же я проявить заботу к женщине, которая уже второй раз вынашивает моего ребенка. Если я правильно все понял из речи твоего отца, то в первый раз я полностью упустил такую возможность. Нужно наверстывать упущенное. К тому же ты не тяжелая, - он аккуратно усадил ее на кровать, как будто Юля была хрупкая и могла разбиться в любой момент.
- Все равно тебе нельзя поднимать тяжести. Ты после операции, - напомнила ему Юля, когда он сел рядом.
- Это я помню, как и все то, что сказал мне твой отец.
- И сейчас ты хочешь, чтобы я прокомментировала его речь, - договорила за него Юля.
- Конечно, хочу, но сейчас. У тебя и так был уже один тяжелый разговор сегодня, - посмотрев в пол, он горестно усмехнулся. - А то, что я был полной сволочь я это и так понял. Ведь только так можно назвать мужика, который отказался от своего ребенка. Пожалуй, это единственный момент моей жизни, который я не хочу вспоминать. Знаю, что как только вспомню, то возненавижу себя за это.
Он потер шею встал, подошел к зеркальному шкафу и взглянул на свое отражение.
Юля следила за тем, как он внимательно себя рассматривает. Так словно хочет заглянуть внутрь себя. Девушке захотелось узнать, о чем он думает сейчас. Какие у него мысли по поводу всего, что он сегодня узнал.
- Знаешь Юль, когда я увидел свое отражение в больнице, я не мог понять, за что судьба меня так наказала. Почему смерть не забрала, а оставила жить дальше с этими ужасными отметинами. Я не помнил, что было в моей жизни, и поэтому слепо продолжал винить судьбу. Но сегодня... Сегодня я не только понял, что заслужил все это, но и считаю, что легко отделался. И на твоего отца я не в обиде. Он все правильно сказал. На его месте я бы поступил точно так же. Я урод. Во всех смыслах этого слова.