— Я не хочу тебя больше видеть рядом с отцом, убийца! – выкрикивает и делает шаг на меня. - Ясно тебе? Ещё раз рядом с отцом увижу,… я тебе и твоему мужу…
— Я не виновата в смерти твоей матери, Максим! Но обещаю, что больше не подойду к Вите.
— Смотри, если не сдержишь обещание,… я тебе жизнь испорчу, - прищуривается, а я рукой прикрываю живот. Хоть и знаю, что не тронет, но всё же страшно за малыша.
— Иди, Максим! С миром! – делаю шаг назад, давая понять, что боюсь его. Быстро сообразив, что переусердствовал, отходит. - И знай, что не я виновата, а твой отец, который изменял твоей матери.
— Он ещё свое получит, - зло проговаривает парень и, развернувшись, собирается уйти, но наталкивается на невысокую преграду в виде моей маленькой защитницы.
— А ну извинись! – шипит Вероника на него, выглядя при этом жутко агрессивной и недовольной. – Злой, как собака, мальчик, попроси прощение! Обижать девушек, тем более беременных - грех!
— Уйди, мелочь пузатая!
— Извинись, я сказала, - упирает руки в бока девчонка. – Иначе я тебе жизнь испорчу.
— Что ты мне сделаешь, козявка? – с усмешкой интересуется парень, который одной рукой может сдвинуть Нику.
— Найду и испорчу твою жизнь! Я могу! Я такая! – рычит, прищуриваясь, захотев походить на моего мужа, только вот в исполнении девчонки это выглядит комично. И если я воспринимаю это с улыбкой, радуясь, что у меня есть такой маленький человечек, который если нужно спасёт меня от всего, то Максим откровенно ржёт над Вероникой, зля девочку ещё больше.
— Пф-ф, иди в куклы играй, мелочь! – и, взяв Нику, мягко убирает её со своей дороги. И всё же, как бы парень ни пытался казаться грозным и равнодушным ко всему, он добрый и не навредит никому. – Шмакодявки какие-то мне тут ещё не указывали! За собой и своими игрушками следи, а то ночью приду и всем твоим куклам головы пооткручиваю.
— Проклинаю тебя! Пока вину свою не загладишь, буду во снах приходить, и все твои планы рушить буду! – кричит Вероника ему вслед, а затем, развернувшись ко мне, подходит и заботливо интересуется. – Ты в порядке, Арина? Он сильно тебя обидел? Хочешь, мы с Сашей накостыляем ему? Я его запомнила и могу фоторобот составить!
— Всё хорошо, Вероник, - улыбаюсь ей. – Он просто обижен, что в его жизни всё не гладко идёт. Мама умерла от того, что папа оказался нечестным человеком. Ему легче обвинить кого-нибудь другого в смерти матери, чем отца, потому что никого роднее у него больше нет.
— Глупый он, - изрекает девочка. – Его мама, как и моя, там, где всегда хорошо. Где не обманывают, не обижают. Его мама за ним с небес смотрит и, наверно, недовольна его поведением.
— Правильно, Ника, - хвалю девушку, погладив её по белокурой макушке. - Надо вести себя так, чтобы мама на небесах была довольна. Ты помнишь свою маму?
— Нет, - мотает головой, но подняв на меня взгляд, с улыбкой продолжает. - Но она была добрая, красивая и умная, как ты.
Глава 27
Александр
— Но я его остановила! Засранец! — возмущённо пересказывает мне Ника то, как сопливый мальчишка пришёл и наехал на мою жену. – Я не дала Арину в обиду, — отчитывается. - Давай накажем этого мальчика? Нельзя, чтобы это сошло ему с рук!
После ужина, который Арина и Ника приготовили сами, жена извинилась и, сказав, что чувствует себя неважно, ушла в спальню. Последнее время такое бывало очень часто. Живот был огромным и доставлял супруге дискомфорт даже при ходьбе. Ходила она очень тяжело, так как наш малыш расположился вниз головой и теперь из-за своего размера тянул вниз, к тому же короткая шейка матки создавала риск выкидыша в любой момент. В общем, проблем было много, но постельный режим и постоянная связь с врачом помогали нам. Крайне важно было выносить Димку, так мы планировали назвать сына, до определённого срока.
— Поэтому она грустная весь день? – спрашиваю у неё. - Плакала?
— Плакала, — признаётся Вероника и с сожалением выдыхает. – Я сделала Арине чай с её травками и уложила спать. А мы с Тёмой играли здесь на площадке. Он не упал и не ударился. Я внимательно за ним смотрела.