– Ничего, справлюсь, – произнес он, скользя языком по моей шее. Потом он прижался губами к моему рту, придерживая меня за затылок, а свободной рукой расстегивая молнию комбинезона. Я извивалась и постанывала, потому что мы ни разу не занимались любовью в такой ситуации, когда мне сложно было избавиться от одежды.
– Это, конечно, можно снять, но сложно.
– Помоги мне, – страстно прошептал он в мой подбородок, протягивая руку к моим бедрам в попытке стянуть ткань вниз, а потом дернул за замок молнии и рывком расстегнул ее.
Я почувствовала на коже прохладный воздух, внутри у меня все горело. Он просунул руку под комбинезон и произнес:
– Держи меня за шею, – а потом резким движением порвал мои трусики и вытащил их наружу. Глаза его сверкали, а на меня, как ураган, обрушилось желание.
– О, пожалуйста, – прижимая его голову к себе, я впилась в его прекрасные губы, отчаянно двигая бедрами над ним.
Он приподнял меня на секунду, сбросил спортивные штаны и вернул меня на место одной рукой, другой прижимая вниз и насаживая на свой член. Огромный, горячий, твердый. Мой. Я застонала и принялась лизать его шею, в то время как мое лоно растянулось, принимая его. Он схватил мою голову и начал целовать еще более страстно. Он двигал бедрами, поднимая и опуская меня одной рукой, а другой придерживал за затылок, и губы его, овладевающие моим ртом, были властными и дразнящими.
Я кончила быстро и очень бурно, и его руки сжали меня еще сильнее, пока я содрогалась в конвульсиях, а его тело вторило им. Я слышала, как он тихонько застонал, когда его сперма изливалась в меня. Потом он поднял меня и отнес в угол ринга и усадил, прислонив к канатам. Он придерживал меня одной рукой, ни на секунду не выходя из моего тела. Он снова начал двигаться. Я снова застонала. Мне казалось, что я парю в воздухе, подвешенная на ниточках и поддерживаемая его рукой, все время чувствуя его член в себе. Голова была запрокинута, шея изогнута, и он жадно целовал ее. Я издавала страстные звуки при каждом его движении, чувствуя, как сокращаются и расслабляются его мышцы, когда он трахал меня.
Мы не проронили ни слова. Нам не нужны были слова, разговаривали наши тела. Я подняла голову и начала лизать и кусать его, почти задыхаясь. Я слышала его учащенное дыхание, чувствовала движение его мышц, когда он двигался во мне, заставляя кончить снова. Он никогда не кончал раньше меня, а всегда дожидался, когда это сделаю я, внимательно наблюдая за мной. Его глаза в момент моей кульминации потемнели, потом он сжал зубы и его тело напряглось, он погрузился в меня еще глубже и застыл, а потом словно взорвался внутри меня, а я продолжала испытывать оргазм, сжимая его член мышцами влагалища, пульсируя вокруг него.
Вместо того чтобы обмякнуть, мы еще теснее сжали друг друга, когда оба кончили.
– Останься во мне, – умоляла я его, пытаясь выровнять дыхание и впиваясь ногтями в его плечи.
Он притянул меня к себе еще сильнее и спрятал голову между моими грудями, тяжело дыша, а потом легко куснул меня за грудь.
– Мне хотелось бы жить в тебе, – нежно произнес он хрипловатым голосом, от которого я просто растаяла, а он сжал меня еще сильнее и лизнул то место, куда меня укусил, царапая мою кожу легкой щетиной.
– Боже, я хочу умереть в тебе.
Кости словно расплавились в моем теле, но даже в столь расслабленном состоянии я чувствовала его бешеную энергию, поглощающую мое тело.
– Ты такой жуткий собственник. Знаю, ты заберешь меня с собой на тот свет.
– Нет, я никогда не причиню тебе вреда.
Я мягко рассмеялась.
– Это не зависит от твоего выбора. Ты заберешь меня с собой, потому что я последую за тобой, куда бы ты ни пошел. На тебе моя жизнь закончится, Ремингтон Тейт, но я сама этого хочу.
Его лицо исказилось от боли, и он погладил мой подбородок костяшками пальцев.
– Нет, Брук. Я буду защищать тебя даже от себя самого.
Мы какое-то время смотрели друг на друга, и твердая решимость в его глазах успокоила меня, убедив в том, что, несмотря на все превратности судьбы, моя жизнь всегда будет связана с его жизнью, какой бы она ни была – плохой или хорошей. Я пройду по жизни рядом с ним, мы будем держаться друг друга, бегать вместе, сражаться с трудностями и воплощать его мечты, которые отныне станут моими.
– Как ты однажды сказал, я буду любить тебя, даже если это нас убьет, – прошептала я, гладя его лицо. – Мы все умираем. И я хотела бы умереть, когда мы любим друга.
– Детка, это я буду любить тебя до последнего вздоха, – глухим голосом произнес он, сжимая меня в объятиях, от чего я рассмеялась, чувствуя себя бесконечно счастливой.