Нора…
Мысль о том, что моя сестра снова водила дружбу со Скорпионом и его приспешниками, приводила меня в отчаяние, и я словно вновь ощущала тысячи насекомых, ползущих по моей коже. Меня разрывали противоречивые чувства: к горлу подступала рвота, одновременно хотелось бежать, куда глаза глядят, и броситься к этим негодяям и потребовать у них ответа, куда они дели мою сестру. Моя голова была словно компас, чья стрелка бешено крутилась, и я не знала, что мне делать, куда бежать и как на все это реагировать, поэтому я просто застыла на месте и наблюдала за ними, как полная идиотка, хотя рядом со мной сидел Пит, до зубов вооруженный своими многочисленными гаджетами.
Неожиданно гориллы Скорпиона поднялись и пошли, огибая ринг. Когда до меня дошло, что они направляются к нам, у меня перехватило дыхание. Сердце бешено колотилось в груди, словно ударяясь о ребра, и все храбрые мысли замерли от ужаса.
Пит тоже явно напрягся в своем кресле и прошептал: «Они, наверное, пришли посмотреть на бой Скорпиона, который состоится позже, или же пошпионить за Ремингтоном, узнать, в какой он форме, нет ли у него каких-нибудь травм. Ради бога, только не препирайся с ними, просто игнорируй их».
Парочка остановилась напротив нас, и у меня душа ушла в пятки.
– Сиди спокойно, Брук, – тихо предостерег меня Пит.
Остро осознавая, что в моем маленьком округлившемся животе находится шестимесячный малыш, я опустила глаза, уставившись в цементный пол. Кровь стремительно бежала по жилам. Ноги мои тряслись, я обхватила живот руками, словно пытаясь защитить ребенка, биение сердца которого я уже слышала. В тот момент мне хотелось убраться от этих бандитов как можно дальше.
Но это были те же двое придурков, которые пытались спровоцировать Ремингтона на драку в прошлом сезоне, и притворяться, что я их не вижу, когда я буквально могла чувствовать их вонь, шло вразрез с моими инстинктами – мне страшно хотелось оторвать им яйца.
– Привет, сучка Реми. Не хочешь нас поцеловать? – произнес один из них издевательским тоном.
Внутри меня поднимался бессильный гнев, но зрители уже рассаживались вокруг нас, и я заставила себя смотреть на их ботинки в надежде, что они уйдут или что Пит, наконец, осмелеет и что-нибудь предпримет.
– Советую вам убираться подобру-поздорову, – спокойным голосом произнес Пит.
– А мы не с тобой разговариваем, дохляк, а с этой шлюшкой. Она, наверное, помнит, какая мокрая у нее была дырка, когда наш босс заставил поцеловать его. А прямо сейчас он трахает ее сестрицу на глазах у всех остальных своих девиц.
Я резко подняла голову, все мое тело сжалось от острого чувства унижения. Вся дрожа от гнева, я сжала зубы и кулаки. Как жаль, что под рукой не было пары бутылок, чтобы разбить об их головы!
– Катитесь в ваше вонючее логово, из которого вы выползли, и передайте вашему ублюдку боссу, что в этом сезоне Рип его точно похоронит! – процедила я сквозь зубы.
– Брук! – Пит предостерегающе ухватил меня за локоть, а двое отморозков расхохотались.
– Хочешь, чтобы мы ему все передали, шлюшка Реми? – Лысый амбал сплюнул на пол в сантиметре от моей ноги. – Так ведь, сука?
– Предупреждаю, парни, лучше уходите, – повторил Пит, вставая на ноги и засовывая руку в карман.
Я полностью перешла в боевой режим, кровь стремительно неслась по жилам. Не выдержав, я показала им средний палец.
– Всенепременно. Скажите, чтобы отстал от нас раз и навсегда и что он очень пожалеет, если не оставит мою сестру в покое.
Внезапно появилась Джозефина, которая схватила двух придурков за шкирку и произнесла обманчиво спокойным голосом:
– Хотите познакомиться с настоящей леди, джентльмены?
Пит выдернул меня из кресла и потащил по проходу. Сердце мое так бешено колотились, что я едва могла дышать.
– Что ты вытворяешь? – произнес Пит, резко повернувшись ко мне. – Ты оттого осмелела, что знала про перцовый баллончик у меня в кармане?
– Пит, ты трусливый слюнтяй! Почему ты его не использовал? Они же нас доставали!
– Брук, немного осторожности не помешает. Нам не следует провоцировать этих дебилов! Если они вернутся в тот момент, когда Реми будет драться, и он увидит их рядом с тобой, он выскочит с ринга и его опять дисквалифицируют, а это последнее, что нам надо. – Его голос прервался, он тяжело вздохнул и рявкнул на меня: – Что он тебе велел делать, когда вы разговаривали в раздевалке, а?
Я прекрасно помнила просьбу Реми и ответила тихим голосом:
– Сидеть на попе ровно.