Из огромного спортивного зала по соседству доносились ритмичные гулкие звуки ударов по боксерской груше, и в тот день они для нас всех были исполнены магией.
Я всегда могла определить, была ли тренировка качественной, потому что его неукротимая энергия в хорошие дни просто заполняла все пространство. Этот парень вдохновлял меня, как и всех окружающих. Его внутренний огонь подстегивал и наш настрой. Он был почти осязаемым. Энергетика Ремингтона настолько мощна, что, мне казалось, я чувствую ее запах, могу попробовать ее на вкус.
Наблюдая за его тренировкой, тренер Лупе мерил шагами пространство вокруг Ремингтона, которое просто гудело, настолько оно было насыщено напряжением. Райли стоял неподалеку, совершая движения руками, нанося удары по воздуху, словно сражаясь с тенью. Я же целых два часа провела на беговой дорожке, все время глядя в сторону Реми и вдохновляясь тем, с какой отдачей он выполнял любое задание тренера.
Сейчас, несмотря на то что тело еще было покрыто следами от укусов скорпионов, я делала растяжку на мате у стены, выполняя упражнения из йоги.
Я все еще помнила, как ночью проснулась в ужасе от боли в пораженных местах и лежала, глядя в темноту маленького садика за окном. Тело начало болезненно покалывать, но тут я почувствовала, как Ремингтон крепко прижал меня к своему твердому телу и начал смазывать места укусов моей собственной слюной. Боже, это было так трогательно. Его голос, такой тягучий, все еще не слишком разборчивый из-за успокоительного, которым его накачали, но при этом такой нежный и полный беспокойства, произнес:
– Ты только посмотри на себя.
– Это ты мне говоришь? Лучше на себя самого посмотри! – ответила я возмущенно. И мы оба горько рассмеялись, хотя мне было вовсе не до смеха. Честно говоря, он выглядел спокойным и расслабленным, и его одержимость, казалось, никак не проявлялась – он все еще был под воздействием сильного препарата. Во всяком случае, он никоим образом не выглядел жалким и просто источал силу. Даже когда спал. Или был в депрессии. Ведь и спящий лев все равно остается львом – хищным и опасным.
Сейчас он до полного изнеможения выкладывался на тренировке, и я, выполнявшая в тот момент асану под названием «собака мордой вниз», тут же напряглась, когда удары по боксерской груше внезапно прекратились. Неожиданная тишина заставила меня приподнять голову, расположенную между рук, и взглянуть на него. Он стоял, уставившись на мою оттопыренную задницу. Внутри у меня все перевернулось, я выпрямилась и улыбнулась ему. Он улыбнулся в ответ, от чего на щеках тут же появились ямочки, а потом поднял свои мощные руки и снова принялся наносить удары по снаряду. Мне безумно нравилось смотреть, как он тренируется. Каждый сильный удар точно поражал цель, а сосредоточенность на его лице делала его невероятно сексуальным. Его бицепсы выпирали, когда он обрушивал кулаки на грушу, и он словно не замечал ничего вокруг. Я слышала, как иногда он издавал глухие низкие звуки, словно обращаясь к снаряду.
Бум! Бум! Бум!
Тренер в тот день был на редкость разговорчив, и я услышала, как он произнес:
– Уж в этом сезоне мы не будем маяться дурью и не сдадим своих позиций. Мы отвоюем то, что нам причитается!
Однако Ремингтон ничего не сказал в ответ, лишь продолжил еще сильнее колотить по груше.
– Нам придется приобрести снаряд потяжелее, если мы хотим получить чемпионский титул, слышишь, Райли? – произнес тренер, обращаясь к помощнику, который в это время делал пометки в блокноте.
Мне нравится, как тренер Лупе использует местоимение «мы», словно сам собирается выходить на ринг и драться бок о бок с Реми.
– Что вы имеете в виду? – спросил Райли, указывая на огромный снаряд, на который обрушивались кулаки Ремингтона. – Эта груша и так весит больше ста двадцати килограммов. Здесь нет тренажеров тяжелее.
– И все же она слишком сильно раскачивается, – воскликнул тренер, тряся лысой головой.
Райли рассмеялся и указал пальцем в сторону Реми.
– Пусть переключит скорость.
Тренер свистнул и жестом указал ему на снаряд, а Ремингтон стянул перчатки, чтобы сделать несколько глотков воды.
Насквозь промокшая серая футболка прилипла к его телу, по шее и мускулистым рукам струился пот. Из-под рукава виднелась татуировка с кельтскими узорами, когда он поднес бутылку с водой ко рту, великолепный бицепс напрягся, и он выглядел таким безумно сексуальным, что мои соски тут же превратились в пару твердых бусинок. Он усердно тренировался уже несколько часов подряд, и я почти физически могла ощущать жар его тела, сидя в другом конце зала. Я почувствовала легкое покалывание в пальцах, так мне хотелось прикоснуться к нему, все тело мое напряглось. Должна признаться, когда он находился в своем «черном» состоянии, я становилась особенно чуткой ко всем его потребностям. И мне не терпелось заняться им, проявляя всю свою любовь и заботу.