— А вот я сначала даже не думал о карьере шеф-повара.
Я знала об этом. Знала, что он думал поступить на факультет бизнеса и поступил, но потом заинтересовался готовкой и стал подрабатывать в кафе, где вскоре из официанта превратился в повара. Откуда у меня эта информация, я уже не знала. Реальность и иллюзия начали переплетаться друг с другом, и это меня пугало. Особенно после расклада Наринэ.
— Что тут надо делать? — кивнул Рома на экран моего телефона.
Я объяснила ему смысл игры и сказала, как она называется. Рома достал свой телефон, раскрыл его книжкой и принялся искать игру в специальном приложении. А я смотрела на его телефон удивленным взглядом и не могла понять, как так он складывается. Блестящий, новенький и наверняка дорогой. Мне такие даже не снились. Всё, что я себе могла позволить — это слабенький смартфон за десять тысяч, с которым проходила уже три года и планировала проходить еще столько же.
— Скачал, — объявил Рома, захлопнув телефон.
— Здорово, — зачем-то сказала я, неловко улыбнувшись.
Странно, я много лет мечтала вот так посидеть рядом с Ромой и поболтать, но, когда моя мечта исполнилась, стало вдруг неловко. О чем обычно разговаривают с почти сорокалетними мужчинами? О философии? Бизнесе? Политике?
— Как рука? — Рома кивнул на мою перебинтованную ладонь.
— Нормально. Почти не болит. — Я демонстративно сжала и разжала пальцы. Ранки заныли, но я не показала вида. Наоборот, даже улыбнулась.
— Вы тоже боитесь крови? — задал новый вопрос Рома.
И чего это он сегодня такой участливый? Боится, что я жалобу накатаю на его организацию или вчера у него просто было плохое настроение?
— Не боюсь, — сказала я правду. И тут же задала встречный вопрос: — А вы боитесь?
Рома кивнул, отведя взгляд и сцепив ладони в замок.
— Крови и воды.
— А воды почему? — удивилась я.
Брови Ромы приподнялись, а губы изогнулись в ухмылку.
— Вы так спрашиваете, будто боязнь крови — это само собой разумеющееся.
Не знаю, почему у меня вырвался такой вопрос. Меня просто удивило, что Рома боится воды. Будто бы я знала, что раньше он ее никогда не боялся, а теперь вдруг обзавёлся аквафобией.
17. Давай дружить
Сознание вдруг подкинуло воспоминание. Не мое, а той, другой девушки. В нем она и Рома купались в реке. С ними были еще люди, но из них я смогла узнать лишь Наринэ.
— Боязнь воды — это всегда приобретенная фобия, а боязнь крови — не всегда. — Я убрала телефон в карман, сложила руки на коленях и уставилась на свои коротко подстриженные ногти.
— У меня обе фобии приобретенные, причем в одно и тоже время, — тихо произнес Рома.
Я резко подняла голову и посмотрела на него. Рома тоже смотрел на меня и будто чего-то ждал. Взгляд у него при этом был каким-то странным, словно он смотрел на меня, но видел кого-то другого. Кого-то, кто был ему когда-то очень дорог.
У меня же пред глазами на короткий миг появилась сцена из моего сна, который часто снился мне и каждый раз заставлял проснуться с бешено бьющимся сердцем. Снег, кровь и белые лилии.
— А у меня нет фобий, — тихо, но уверенно сказала я, стараясь снова сосредоточиться на реальности и отбросить иллюзии.
— Совсем?
— У меня только панические атаки из-за отца, который периодически появляется в моей жизни, ворует мои деньги и избивает. — Правда слетела с губ так легко, что я даже не сразу поняла, что рассказала мало знакомому человеку одну из своих самых ужасных и позорных тайн.
На лице Ромы сначала промелькнул ужас, а затем он сощурил карие глаза и произнес:
— Вы же шутите, да?
Наверное, для человека, росшего в нормальной семье, подобное — нонсенс. Но такова моя реальность, о которой я зачем-то ему рассказала и, кажется, только этим напугала. Лучше, наверное, было оставаться в иллюзии...
— Да, шучу. — Я склонила голову и улыбнулась. Искусственно, но это было сложно заметить тому, кто меня не знал.
Рома натянуто рассмеялся.