Желание сорвать с себя фату, освободиться от тяжелого наряда и послать всех к чертовой матери вскипает в крови с новой силой.
Мне страшно. Очень.
Кому скажи – не поверят!
Вот черт!
В последние дни я сама себя не узнаю. Откуда взялись все эти метания и неуверенность? Точного ответа нет, но есть предположение, и даже вы будете громко смеяться, чего уж говорить о моих родных!
Рядом с Юрой я превращаюсь в невнятную, вечно дрожащую, ни на что не годную дурочку! Насмешка судьбы, не иначе, но других объяснений у меня просто нет. Никогда раньше я не ощущала себя такой размазней. Все изменилось в момент, когда я переступила порог его гостиничного номера.
Вернувшись в спальню, где с самого утра проходят сборы невесты, я подхожу к зеркалу и долго смотрю на свое отражение. Нужно собрать всю свою выдержку, неожиданно забившуюся поглубже под кожу, и выйти за дверь с гордо поднятой головой.
Уверена, я смогу.
Мне всё равно, что скажут люди. На сплетни, если они и будут, – плевать. Но я очень боюсь подвести Юру.
Наш брак – это союз на всю жизнь. В противном случае отношения между нашими отцами испортятся. Случается всякое, но своего родного Сергея Александровича я знаю как облупленного. Папа скор на расправу. Сначала выжжет всё вокруг, а потом начнет уточнять, из-за чего именно начался конфликт, или же вообще опустит этот нюанс.
Я кручусь перед зеркалом, рассматривая себя со всех сторон, когда в комнату входит мама.
– Ты очаровательна, милая, – произносит она с улыбкой, начиная часто моргать. Это не помогает. Слезы всё равно появляются в её глазах. – Самая красивая девочка на свете.
– Я тебя очень люблю, – отозвавшись, в последний раз бросаю взгляд на свое отражение и, оставшись довольной, направляюсь к двери.
На заказ индивидуального платья времени, естественно, не хватило, поэтому мы купили подходящее в дорогом бутике. Не скажу, что это меня беспокоит – на моей фигуре и мешок из-под картошки будет смотреться отлично, но всё же спешка в организации свадьбы действует на нервы.
– Мы тебя тоже любим, Никуш. И я, и папа… Ты ведь знаешь, мы тебе желаем только добра…
– Конечно, – я сжимаю её ладонь.
Видеть слезы в родных глазах тяжело, пусть они и вызваны счастьем. Оставаясь с мамой наедине, я боюсь разрыдаться.
– Я думала, ты будешь рада, малышка, – шепчет она. – Сколько раз задувая свечи на праздничных тортах, ты загадывала именно этот день? Ты разлюбила Юру? Все дело в этом?
Мама, в отличие от папы, была в курсе моих чувств.
Родители очень дружны, и порой я боялась, что мама может выдать мой секретик, но этого так и не случилось. Даже в тот момент, когда он бесился, пытаясь понять, что же произошло со мной и почему я хочу уехать учиться в другую страну, мама мою тайну не выдала. Хотя я уверена: она понимала, в чем кроется причина моих страданий.
Алма.
Будет ли она сегодня в числе гостей?
– Нет, я просто волнуюсь, – успокаиваю её, не желая говорить правду. – Так долго ждала, и наконец-то этот день настал. Боюсь, вдруг что-то пойдет не так...
– Не говори глупости. Всё будет хорошо, – мама легонько меня обнимает, стараясь не помять платье, после чего всё равно поправляет струящийся подол. – Пойдем, не будем заставлять гостей ждать. Когда я поднималась, Сережа уже начинал нервничать.
Мама первой покидает комнату, я иду следом. Уже в дверях замедляю шаг и бросаю взгляд на свое помолвочное кольцо. Платина и овальный насыщено-фантазийный синий бриллиант. Идеальное и до неприличия дорогое.
Такие крупные камни – редкость. Их не то что в магазинах не купить, даже не каждый крупный коллекционер может похвастаться подобным экземпляром.
То, с какой быстротой Юра смог его найти, приводит к мысли, что куплен бриллиант на каком-нибудь аукционе… не для меня.
От мысли, что мой палец украшает кольцо, приобретенное для Алмы, мне становится тошно.
Глава 12
– Ты злишься на меня? – спрашивает папа, когда мы останавливаемся у края прохода. От глаз гостей нас скрывает арка из белых роз и орхидей. Все пространство вокруг буквально утопает в цветах. Мы будто в самой прекрасной девчачьей сказке находимся. Если бы происходящее не было фальшью, я бы была самой счастливой невестой на свете. – Малыш, ты должна понимать, я желаю тебе только счастья.