Пока я молчу, папа смотрит на меня так, словно готов прервать свадебную церемонию и лично разогнать всех гостей, если я попрошу.
Мы оба знаем, что я никогда не смогу поступить с ним так бессердечно, поэтому приходится натянуть на лицо самую очаровательную улыбку, на какую я только способна в этот момент.
– Я счастлива, папуль. Спасибо тебе за всё.
Его взгляд становится острее. К счастью, я с ранних лет умею вводить его в заблуждение. Чтобы ни случалось, он ведется всегда.
– Люблю тебя, солнышко.
Наклонившись, папа невесомо касается губами моего лба, после чего сам поправляет мою фату, не позволив сделать это помощнице.
Как только мы ступаем на длинный белоснежный ковер, расстеленный во внутреннем дворе отеля, я впиваюсь глазами во вторую цветочную арку, стоящую за спинами Юры и регистратора.
Мне кажется, будущий муж старательно пытается поймать мой взгляд, но я избегаю его как только могу.
Мы идем вдоль прохода, по обеим сторонам которого раздаются восторженные вздохи и приглушенный шепот. Приглашенные фотографы делают серию снимков, обжигая кожу вспышками.
Я чувствую себя оголенным проводом.
Приходится сжать букет посильнее, чтобы хоть как-то отвлечься от охватившего меня волнения. Стебли пионов до боли впиваются в кожу.
Совершенно некстати в голове всплывает болезненная догадка: что, если Алма находится здесь… в толпе присутствующих?
Они не только встречались, но и вместе работали. Могли ли обстоятельства помешать Грауру пригласить свою бывшую на торжество? Сомневаюсь.
Фантазия подкидывает мне разные версии… Вдруг они продолжили свои отношения? Я близко не знакома с Алмой и не могу утверждать, что эта женщина отвергла бы предложение стать любовницей.
Вдруг она сейчас смотрит на меня и, захлебываясь ядом, строит планы, как будет развлекать моего мужа ночами, пока я буду ждать его дома?
От мысли, как глупо я, должно быть, выгляжу в её глазах, мне становится дурно.
Перед тем как отступить в сторону, папа вновь окидывает меня пристальным взглядом. Мне кажется, он чувствует ложь. Приходится собрать всю свою выдержку, чтобы оставаться безмятежной и воодушевленной.
Когда регистратор начинает свою речь, я пытаюсь всецело на ней сосредоточиться. К сожалению, слова все равно проходят сквозь меня, оставляя после себя лишь пустоту.
В какой-то момент Юра переплетает наши пальцы. И, видимо, почувствовав холод моей руки, растирает её легкими движениями. Только вот кожа всё равно остается одеревеневшей.
Не могу объяснить почему, но сейчас я точно уверена в том, что скоро случится что-то плохое.
***
Юрий
Вероника выглядит изумительно. Открытый взгляд, легкая улыбка на губах, высоко поднятая голова и расправленные плечи. На первый взгляд она производит впечатление идеальной невесты.
Вот только глядя на нее, я не могу подавить ощущение, будто с ней что-то не так.
Не сказать, что за две последние встречи я сумел досконально её изучить, но всё-таки самые очевидные черты от меня не скрылись.
В привычном для себя состоянии она всегда бойкая, смелая, открытая. А ещё от нее исходят волны мощной внутренней энергии. Пожалуй, я никогда раньше не встречал женщин, столь ярко фонтанирующих жизненной силой.
Припоминая наши прошлые встречи, я ловлю себя на мысли, что и в юности она была такой. Просто тогда я не заострял особо внимания на девочке-подростке, что было логичным.
Сейчас же её будто выключили. Фасад ещё светится, но внутри – пустота.
Я пытаюсь понять, что происходит, и с каждой попыткой Вероника закрывается от меня всё сильнее.
Точкой кипения становятся её холодные руки.
Признаться, я не въезжаю, что вообще происходит. Возможно, ей, как и многим девятнадцатилетним девчонкам, не особо хочется выходить замуж рано, однако не я настаивал на всей этой церемонии.