— Ну и хорошо, — мама облегченго выдыхает и лбом упирается мне в плечо. — А то я так переживала... Ещё и вся эта ситуация с Эмилем...
— Он вернётся, мам. Он не может оставить Яну и Рустама, — я сильнее сжимаю бокал пальцами. — Эм ведь знает, какую тяжёлую операцию пережил его отец. Он бы никогда нас всех не бросил.
Мама странно смотрит на меня и чуть вскидывает брови.
— Конечно, детка, я уверена, что он бы никогда так не поступил.
— Ну вот. Да, — я несколько раз суетливо киваю и сглатываю. — Я тоже так думаю.
— Рики, малыш, точно всё в порядке? Не хочешь поговорить? У тебя глаза как-то... странно блестят.
Я смаргиваю и упираю в маму взгляд.
— Нет... Нет, всё нормально. Это просто от переживания. Все ведь сейчас волнуются.
— Ну да, — тянет мама, и словно мне не верит, но больше не пытается задавать вопросы.
И слава богу, потому что, чем дольше мы с ней говорим, тем тяжелее врать.
— Машину нашли, — внимание привлекает голос Марса.
Он с кем-то говорит по телефону и в этот момент сообщает, что, кажется, нашли автомобиль Эмиля.
Рустам и папа тут же подскакивают.
— Едем туда, — кивает Артур. — Скажи, пусть ничего не трогают. Следователей тоже туда цепанем. Парней Эма соответственно. Они лучше всех знают детали последних дел, которые вёл Эмиль.
— А сам Эм? Есть там что-то? Хоть что-то? — с надеждой спрашивает Яна.
А я смотрю на неё, и у меня внутри всё рассыпается, ведь в ответ на её вопрос Марс, к сожалению, молчит.
Глава 4
Глава 4
Рики
Ожидание — смерть.
И сколько бы мы не старались подбадривать друг друга, легче не становится. Настоящее облегчение может наступить только тогда, когда Эмиль вернётся, а пока этого не случилось, остаётся лишь мучительно умирать внутри.
Я смотрю на фотокарточку УЗИ и пытаюсь не разрыдаться. Дождь за окнами больницы набирает обороты. Сколько я уже вот так сижу?
Не знаю. Приём довно окончился, а я как упала на эти стулья в коридоре, так и продолжаю сидеть и смотреть на фото нашего с Эмом ребёнка. Правда, это пока всего лишь кружочек, но ведь это так удивительно.
Мы создали его.
Вместе.
Вряд ли мы когда-то думали, что с нами случится подобное. Я вообще-то всегда была влюблена в Марса. Эм знал. Ну, точнее, он понял это, когда мы начали ближе общаться. Он замечал мои ревнивые взгляды, которые я бросала по началу на Асти и Марселя. И иногда я не нарочно называла его Марсом. Потом поправлялась, но...
Я никогда точно не могла сказать, и сейчас не скажу, что Эм чувствовал по этому поводу. Его злило это? Или было безразлично?
А теперь я, возможно, никогда не узнаю правды.
Страшно, что я думаю об этом. Но не думать не могу, потому что машину Эмиля нашли, а его нет...
Коридоры больницы постепенно пустеют, а я всё не ухожу.
— Вы в порядке? — неожиданно из мыслей меня вырывает голос врача, к которому я встала на учёт по беременности.
Елена Викторовна совсем молодой врач, но мне очень понравились положительные отзывы о её работе на сайте частной клиники, поэтому я выбрала её.
— Да, — я вскидываю взгляд на Елену Викторовну.
Всё тот же добрый и спокойный взгляд, которым она смотрела на меня в кабинете. Светлые волосы делают её образ практически ангельским. Может, ещё и внешность сыграла роль, когда я выбирала врача.
— Со мной всё хорошо. Я... извините, просто... задумалась немного, — произношу с запинками.
Хочется с кем-нибудь поделиться тем, что камнем лежит на душе, но вряд ли это очень хорошая идея откровенничать с посторонним человеком.
— Я уже ухожу.
— Если есть ещё какие-то вопросы, вы можете их задать, и я с радостью отвечу.
— Спасибо, Елена Викторовна, за вашу доброту, но пока у меня нет вопросов. Это личное. Я немного не в себе из-за определённых трудностей.
Она немного выпрямляется и суёт руки в карманы медицинского халата.
— Что... отец малыша не хочет его рождения? Вы разошлись во мнениях и желаниях? В любом случае, в первую очередь, вам принимать окончательное решение.
Мой взор застывает на её глазах.
Хочет ли Эм ребёнка?
Я бы хотела это знать. Но, наверное, больше этого я хочу, чтобы Эмиль просто вернулся. Остальное можно решить, если он будет рядом.
— Не совсем так... Но всё равно спасибо за поддержку, — я поднимаюсь со стула, намереваясь уйти, чтобы не задерживать врача и не провоцировать новые вопросы.
Гром тут же даёт о себе знать, прорезав пространство мощным раскатом.