Светка так и не поняла ее реакцию, пожала плечом, ответила «Спасибо», и поспешила в свою комнату. Она быстро приняла с дороги душ, переоделась и поспешила в бассейн. Она шла и ловила на себе любопытные взгляды. Потом решила, что не будет обращать на них внимание, она спешила к Истомину. Ведь ей сегодня исполнилось восемнадцать, и он обещал повести ее в ЗАГС.
Чем ближе она подходила к зданию, где находился бассейн, тем тревожнее становилось на душе. Не доходя метров десять до крыльца, она остановилась, чтобы успокоить свое внезапно забившееся испуганной птицей сердце, привести сбившееся дыхание в порядок. Никогда еще с ней такого не было. Даже не чемпионатах, когда выходила на позицию, не чувствовала себя так… погано.
Светке показалось, что внезапно наступила ночь, в глазах потемнело, когда увидела, как открылась дверь комплекса и на крыльцо вышел Истомин. Вот только он был не один, а шел с девушкой, которую нежно приобнимал за талию одной рукой, второй держал ее руку, заглядывал ей в глаза. Девушка была совершенно не знакома Светке, и она явно не спортсменка, вся такая изящная, с гордо поднятой головой. Воздушное платье персикового цвета, овивало ее стройные длинные ножки. Золотые босоножки открывали ее аккуратный педикюр. Золотые волосы шелковым водопадом спускались на плечи. Не девушка — мечта любого парня. Она шла и смеялась над словами Истомина, которые он шептал ей на ушко, целуя при этом ее висок, щечку.
Ноги у Светки отказались двигаться, стали словно пластилиновые. Казалось, что шаг — и они подогнуться. Она невольно сравнила себя с этой девушкой. Куколка, вся такая воздушная, и она — скорее похожая на парня, чем на девушку, в джинсах, футболке, спортивной куртке, с короткой стрижкой кучерявых волос, без грамма макияжа, без маникюра и других девичьих штучек. Хотелось закричать от боли, но слова горьким комом стекали по горлу, застревали где-то в груди. Она смогла издать только что-то похожее на хрип.
Только сейчас Истомин заметил ее, дернулся так, словно его ударили, остановился. Потом он что-то сказал своей спутнице, опустил голову и подошел к Светке.
— Привет, — его голос звучал как-то глухо, нервно, словно он боялся чего-то.
— Привет, — с трудом выдавила из себя Светка. — Я сегодня вернулась, как обещала.
— Ага, — он кивнул головой. — Как съездила?
— Хорошо. Меня оставили в сборной.
— Поздравляю.
Наступило молчание. Светлана смотрела на Владимира, а он смотрел куда-то поверх ее головы.
— Я ждала тебя, — наконец она нарушила молчание.
— Свет, ты извини меня. Но это хорошо, мы сейчас встретились с тобой, нам надо поговорить. Прости, я не смог тебя встретить. Понимаешь, я встретил другую, которую полюбил.
— А как же я? — теперь ее голос хрипел так, словно она всю ночь кричала.
— Прости. Ты мне тоже нравишься, ты хороший человек, я уважаю тебя, и хотел, чтобы мы остались друзьями. Я люблю другую и хочу быть честным с тобой. Не сердись.
— Вова, ты идешь? — раздался капризно-требовательный голос ангела. — У нас мало времени, мы опаздываем.
— Да-да, иду, сейчас, — крикнул он, повернув голову в сторону девушки. Потом обернулся к Светке, протянул руку, похлопал ее по плечу. — Извини, что так получилось. Думаю, что ты меня поймешь.
Не дожидаясь ее ответа, он развернулся и поспешил к своей девушке, вновь приобнял ее за талию. Она что-то тихо сказала ему, Владимир закивал, покраснел, и они ушли. А Светлана осталась стоять и смотреть им вслед.
«Я встретил другую, полюбил», — слова Истомина набатом били в ее голове, в глазах темнело все больше. Казалось, еще немного и она упадет без чувств прямо здесь на асфальт. Сердце колотилось везде, боль накатывала все сильнее и сильнее. Никогда ей не было так больно, как сейчас. Даже когда мать вышвырнула ее из своей жизни, сердце так не болело. С огромным трудом Светка взяла себя в руки. Она никому не позволит увидеть ее боль, ее слабость. Она сильная. Она чемпион. С силой сжав кулаки и зубы, медленно повернулась и направилась к своему общежитию. Любовь? Да к черту эту любовь. И она вспомнила слова тренера, которая говорила ей: «… стоит ему отойти в сторону, ты упадешь, разобьешься и я не смогу тебе ничем помочь. Я бы очень хотела, чтобы ваши отношения были крепкими, но я слишком хорошо знаю Истомина, чтобы верить в то, что его чувства к тебе были… долгими».
Соседки по комнате не было, Танька уехала домой на пару дней, что было Светлане на руку. Хотелось рыдать, упасть лицом в подушку, но она села на стул за своим письменным столом, сложила руки, как примерная ученица, уронила голову на них и тихо, как-то совсем жалобно провыла: «За что ты так со мной?»