- Я заметила. – Кэрри выдержала его взгляд, и Дерек внезапно улыбнулся.
- Думаешь, ты все замечаешь, Кэролин? – Он сделал к ней шаг и остановился почти вплотную, глядя на нее сверху вниз. – А вот и нет…
У девушки перехватило дыхание. Дерек стоял так близко, что она чувствовала исходившее от него тепло. С пылающими щеками, Кэролин молча смотрела на него, не в силах вымолвить ни слова.
Все еще улыбаясь, Дерек опустил взгляд на ее губы и вдруг посерьезнел. Кэролин была в каком-то тумане от его близости, застыв, будто под гипнозом…
Громкий скрип распахнувшейся двери заставил обоих молодых людей вздрогнуть. Кэролин едва не застонала от разочарования, когда Дерек отошел в сторону, а на пороге появились смеющиеся Стив и Дэниэл.
- Народ, пора на сцену, вообще-то! – как всегда, бодро, воскликнул ударник. – Чего вы тут торчите вдвоем?
Кэролин вдруг поняла, что гримера с ними давно нет, а они с Дереком были наедине. Она невольно бросила на него взгляд и смешалась – парень хмурился и совершенно не смотрел в ее сторону. Словно не он только что стоял рядом так близко, будто хотел ее поцеловать.
Она прихватила сумку и отправилась вслед за Дереком и остальными. Выходя из гримерной, Кэрри заметила, что Дэнни чуть улыбается – похоже, решил, что она и Дерек решили уединиться. Это, конечно, не так, но…
Но что тогда это было?
Кэролин решила, что обдумает это позднее, пока события располагали совсем к другому.
Парни и Кэрри прошли по служебному коридору, спустились на пару пролетов и оказались в большом помещении, лестница с которого вела, в свою очередь, к сцене. Тут уже ожидали Мэнни и остальные, а со стороны сцены слышался непередаваемый рев толпы поклонников.
Стив подпрыгивал на месте, разминая затекшие мышцы, Рой с гитарой на плече прохаживался туда-сюда. Марти обхватил себя руками и что-то напевал, словно не слыша беснующейся толпы – каждый настраивался, как мог.
- Пора, ребят. – Худощавый клавишник обвел взглядом членов своей группы. – Сделаем это!
Его поддержали нестройными возгласами, и группа направилась к сцене. Первыми пошли гитаристы, за ними Марти, Стив и Кларк. Последним поднимался Дерек.
У самого входа он вдруг обернулся и посмотрел на Кэролин. Кэрри несмело улыбнулась ему, и, как ей показалось, Дерек чуть заметно кивнул в ответ.
Заиграло вступление, группа вышла на сцену, толпа взорвалась неистовым восторгом.
Концерт начался.
***
Прожекторы вспыхнули красным светом, закрутилась круговерть музыки, лучей и бликов от огромного экрана позади музыкантов. Кэрри стояла чуть сбоку и потому могла видеть и часть экрана, и группу, и зрителей.
Вступление было атмосферным, музыка будто накатывала волнами. Парни разошлись по своим местам, спокойно и сосредоточенно, словно не замечая сходящей с ума массы людей. Пришедшие на концерт жадно ловили каждое движение своих кумиров, а когда на сцене появился Дерек, началось неистовое извержение вулкана фанатской любви.
Музыка, крики – от всего этого закладывало уши, но Кэролин была в полном восторге. То, как принимали Дерека, вызывало в ней ощущение почти эйфории!
Наконец, “Sempiternal” заиграли первую песню, через несколько секунд после гитарного вступления запел Дерек. Его голос вызвал новый всплеск восторга у зрителей, а когда мотив сменился, и вступили басы и ударные, по залу пробежала почти осязаемая волна. Грохот тяжелой музыки выворачивал нутро, заставлял дребезжать и вибрировать каждую клеточку тела, словно пытался вобрать в себя человека целиком и распылить на атомы… Но тем людям, которые искренне любили такую музыку, он казался самым прекрасным, что можно было слышать.
Кэролин казалось, что музыканты играют на струнах ее души. Она была охвачена невероятным возбуждением и радостью, чувствуя, что обожает музыку, которая сейчас столь настойчиво и яростно гремела в огромном зале, полном народа.
Музыканты выкладывались на всю катушку. Гитаристы рвали струны, ударник неистово бил по барабанам, а парень за синтезатором казался его продолжением, настолько органично и вдохновенно он играл. Но главным в этом действе являлся, конечно, вокалист.
От Дерека невозможно было оторвать глаз, настолько неистов и прекрасен он был сейчас! Он ни минуты не стоял на месте, прыгал по сцене, падал на колени, стройная гибкая фигура музыканта металась, как беспокойный сгусток энергии. Яростный и полный эмоций голос-«скрим» разносился над головами зрителей, точно Божий глас, вливался страстными переливами в грохочущий гитарный перебор – Дерек сам сейчас был богом, богом музыки. А в те мгновения, когда он пел, его мягкий и вибрирующий голос колкой дрожью пробегал по позвоночнику и оставался теплом где-то внизу…