Девушка даже решилась взобраться на подоконник и проверить свои ощущения: сможет ли она при необходимости спрыгнуть. Едва Лора с помощью койки поставила ногу в дыру под названием окно и перенесла на неё вес, тело оцепенело. Руки вспотели, скользя по бетонным стенам и мешая за них держаться. Повязка на ладони ещё больше усложнила дело, цепляясь за шероховатости. Длинные спутанные волосы растрепал ветер, создавая дополнительные помехи. Говорят, вниз смотреть нельзя, но девушка не могла не то что отвести взгляд от открывшегося вида, но даже моргнуть была не в состоянии. В глазах то плыло, то темнело. Инстинкт самосохранения проснулся вовремя, вынуждая тяжело дышащую хозяйку спуститься обратно. Несмотря на плохо соображающий разум, Лора всё же поняла, что использовать окно невозможно. Это в фильмах отважные героини внезапно обретают сверхъестественную ловкость, отважно карабкаясь по вертикальным стенам, профессионально связывают простыни, попутно заколдовывая их на прочность, а если всё же падают, то потом мужественно с переломными костями на бровях доползают до больницы, полиции или прекрасного принца, с блеском заменяющего и тех, и других. Сейчас Лора как никогда осознала слова Джины о том, что реальность отличается от наивных романтических бредней. Даже если девушке и удастся сорвать ткань с окон, связать её с простынями и майками, этой длины не хватит. По канату она никогда не лазила. Так как собралась спускаться с такой высоты?!
Неспособность использовать окно добавила пленнице злости. Все надежды обратились на дверь. Ручку дёргать глупо, естественно, она заперта, но не проверить было бы ещё глупее. Нет, дверь даже не шевелится, тщательно закрыта. Осмотр замочной скважины и петель тоже не принёс результата. Лора просто не знала, что должна там найти. Медленно, но уверенно решимость начала покидать её сознание, оставляя за собой только отчаянье. Желание вырваться и невозможность его осуществить разрывали девушку на части. Чем больше она осознавала полную безысходность ситуации, тем сильнее не хотела ей верить. Что-то внутри неё треснуло, надломилось. Все подавляемые до этого истерические эмоции в один миг вырвались на свободу и обрушились на злосчастную дверь. Больше не имело значения, что она железная, стало абсолютно неважно, что она заперта. Сейчас для Лоры дверь была её главным врагом, желающим девушке погибели.
Что только ни делают люди в минуты безумия. Слабая пленница, уже не чувствуя ни старой, ни новой боли, обрушилась на металл, колотя его то ногами, то руками, то врезаясь в него плечом. Гул заполнил комнату. Яростные вопли и рычание Лоры словно слились с ним воедино и уже проникли во все уголки недостроенного дома. Ей казалось, что дверь шатается, ещё немного, и она сойдёт с петель, или не выдержит замок, или… случится что-нибудь ещё, и дорога к спасению откроется. Но нет. Каждый новый рывок выпивал силы девушки. Вскоре ноги начали заплетаться, ушибленные места болеть. Вернулась ломота в пояснице, жжение в заднем проходе и неприятное пощипывание в ссадинах. Вместо рыка из горла вырвались душераздирающие рыдания. Гул от ослабевающих ударов затихал. Дверь осталась неприступной.
Уже в полном изнеможении, осознавая свой проигрыш, Лора последний раз кинулась на металл, на некоторое время, давясь рыданиями, замерла, прижавшись к нему, бессознательно продолжая слабо колотить кулачком, после чего медленно сползла вниз, упав навзничь на пол перед победившим противником. Это был конец. Полное осознание своей участи: сидеть и ждать, как бесправная игрушка, когда придёт маньяк с ней поиграть.
И маньяк пришёл. Где-то спустя два часа дверь, оставшаяся безразличной к пленнице, послушно распахнулась по движению руки убийцы, пропуская его внутрь. Лора уже не плакала. Она просто не шевелилась, лёжа на том же самом месте, где упала, широко раскрыв глаза, устремив взгляд в никуда. Какой-то частью сохранившегося сознания она услышала приход Грама, кожей ощутила дыхание согнувшегося над ней мужчины, почувствовала прикосновение костлявых холодных пальцев к шее, проверяющих пульс, но не отреагировала ни на что. Не пошевелилась она и когда похититель поднял её на руки, унося вглубь второй комнаты.
Девушка знала, что должно произойти, когда её не слишком аккуратно положили на матрас попой кверху. Об этом также засвидетельствовала подушка, которую Грам протолкнул ей под живот, вероятно, для своего удобства. Но даже когда с неё, задрав майку, стянули нижнее бельё, Лора осталась безразлично лежать не двигаясь. Она не видела смысла бороться и сопротивляться. Сейчас её опять изнасилуют в задний проход, и она ничего не сможет с этим поделать. Как и в прошлые разы. И как тогда это начнётся и закончится, чтобы завтра повториться вновь, опять начавшись и закончившись. И послезавтра…