— Ты только что ничего не чувствовала! — мужчина натянул ещё сильнее. — А тепер-рь вдруг больно?! Хочешь меня обмануть?! Я знаю, что ты можешь чувствовать?!
— Нет-нет! Пожалуйста, отпустите! Я объясню! Сейчас всё объясню! — мысленно девушка уже проклинала себя за то, что, не подумав, сказала правду. Видимо, этого маньяка устраивает только один ответ.
Грам промолчал. Ярости во взгляде не убавилось, но он всё же немного ослабил хватку, выжидательно склонив голову.
— Волосы, — девушка нервно облизнула губы. Её затрясло ещё сильнее, даже не заикаться удавалось с трудом, — они… не везде могут чувствовать. Только у корней… — пришлось объяснять как ребёнку. — Поэтому, если за них дёргать, — это больно. Если стричь, то нет…
Повисла тишина. Лора, нервно сжимая губы, ждала своей участи: поверил ли ей убийца.
— Они… не могут? — Грам перестал тянуть, просто перебирал пальцами спутанные нечесаные локоны. — Они ненужный хлам!
Новая волна ярости оказалась страшнее предыдущей. Тёмная аура заполонила всё вокруг, как будто насильно заставляя Лору зажмуриться. Снова стало больно. Мужчина опять потянул за пряди, несмотря на отчаянное рефлексное сопротивление жертвы. Лора пыталась молить о пощаде, но он не слушал. А может, просто не мог услышать?! Может, тёмная аура поглотила её крики?! Ведь сама себя девушка тоже не слышала, только нескончаемые щелчки вокруг головы.
Щёлк… Щёлк… Щёлк…
То ближе, то дальше, то слева, то справа. Эти звуки вселяли ужас, пугали, от них холодела душа, сознание отказывалось их принимать. С усилием приоткрыв глаза, пленница увидела бесконечные золотые волоски, падающие на постель.
Щелчки прекратились, тьма отступила. Лора сидела ни живая ни мёртвая на кушетке. Её тело сотрясала мелкая дрожь. В широко раскрытых глазах блестели слёзы, некоторые из них покатились по щекам, капая с подбородка на ковёр из светлых прядей, устилающих постель и пол. Девушка видела их, но не могла осознать, поверить в произошедшее. Холодно… Голове и шее очень холодно…
«Это сон… — в приоткрытый рот пленницы попало несколько солёных капель. — Сон… Что… он со мной… сделал?..»
Протянуть руку и узнать легко… Но невозможно. Если она дотронется… Если убедится… Если не сможет больше отрицать…
— Часть Ангела не может чувствовать… — а Граму было всё равно на состояние жертвы: или он не понимал его, или считал неважным… Мужчина медленно зачерпнул горсть покромсанных волосков, поднося их к глазам. — Она неправильна! Её надо уничтожить! — он резко замолчал, прикрывая глаза и вдыхая запах волос, которые уже давно не пахли изысканными духами, только пылью и дешёвым шампунем. — Но я не хочу… Эта часть Ангела сможет остаться со мной навсегда… Даже с изъяном, она мне нравится.
У Лоры в голове не осталось мыслей. Сейчас её переполнили эмоции боли, обиды, злости. Она не проронила ни звука, глядя, как Грам собрал с постели все волоски, которые смог, и унёс к себе в комнату, по пути бросив ножницы на стол. Даже шевельнуться было страшно. Пока сидишь без движения, можно хоть на секунду представить, что это не ты, всё произошло не с тобой, ты не управляешь этим поруганным телом, похожим на сломанную куклу…
Но дотронуться до головы так и тянет, точно бездна манит к себе человека. Лора не выдержала. Трясущаяся рука несмело поднялась вверх, но вместо прежних шелковистых прядей наткнулась на колючие кончики неровно подстриженных волосков… намного короче, чем она могла хоть когда-нибудь представить. Из горла девушки вырвался хриплый горький всхлип, но она сразу прижала ладонь ко рту, заглушая рыдания. Только бы не привлечь внимания! Только бы этот псих не вернулся на звук! Девушку охватила невыносимая волна страха и ненависти. Казалось бы, ничего страшного, непоправимого сейчас не произошло, её не изуродовали по-настоящему, волосы отрастут. Грам уже сотворил и более ужасные вещи. Но по какой-то причине шок от изнасилования проигрывал тому состоянию, которое Лора испытывала сейчас. Дикий страх. Невероятный, неописуемый! Настоящая паника! А ведь Грам скоро вернётся всё равно… И опять полезет.
Лоре хотелось забиться в самый дальний угол, куда-нибудь, где он не сможет её найти… не сможет до неё докоснуться. Но прятаться негде, комната слишком открыта. Взгляд девушки упёрся в ножницы, ставшие орудием издевательства над ней. Зачем он их там бросил? О чём думал? Или свихнулся окончательно, решив, что острые предметы можно разбрасывать на глазах у пленницы? Лора не знала, да и знать не хотела, её мысли сейчас были совершенно о другом.
«Защититься»… — она напряжённо прислушалась к шагам в другой комнате.