— Вот так, — Бен облегчённо вздохнул. — Успокоительное должно быстро подействовать. Я его маме давал, когда папа умер…
«Успокоительное? — Лора всхлипнула ещё раз, только громче. — Тогда почему по-прежнему так плохо? Оно не работает! Совершенно!»
Девушке было плевать, что прошло времени меньше минуты. Если уж её заставили выпить какое-то лекарство, то хотелось мгновенного исцеления… и желательно вечного!
— У тебя кровь идёт, — Бен, наконец, сумел взять себя в руки, рассматривая гостью уже профессиональным взглядом. — Надо обработать раны… Душ принять ты вряд ли сможешь…
Девушка перестала понимать своё состояние. С одной стороны, разуму хотелось что-то срочно предпринять, что-либо сделать, начать исправлять ситуацию. С другой, измученный организм не желал даже думать о каких-либо действиях, только бы скорее ото всех спрятаться и плакать, пока слёз не останется. Душа же хотела третьего: орать, громко выть, пока весь мир не оглохнет, либо не сорвётся голос.
Что-то тяжёлое и мягкое коснулось её плеч, на мгновение заставив Лору поднять голову. Глаза очень щипало от слёз, поэтому пришлось их вытереть, прежде чем девушка увидела старый серый плед, которым Бен её укрыл. Действуя скорее на инстинктивном уровне, Лора сразу потянула его края на себя, укутываясь в него. Казалось бы, ничего особо не изменилось, но, погрузившись в тепло, такой явной необходимости в крике, как прежде, она уже не испытывала. Думать стало тяжело, даже болезненно.
— Лора, — Бен воспользовался изменением в её состоянии, точно выбрав время, когда она уже не плакала, но ещё могла соображать, хотя и с усилием. — Я, конечно, не знаю, что тебе пришлось пережить… Судя по всему, ничего хорошего… — в голосе мужчины послышалось искреннее сочувствие, как и любопытство. Видимо, несмотря на жалость, ему очень хотелось узнать страшные подробности Лориного исчезновения, но он сдерживался. — И вернувшись домой получить ещё один серьёзный удар… Это не каждый выдержит. Но… попробуй услышать, — он мягко обхватил ладонями лицо девушки, заставляя её посмотреть на него. — О твоих родителях мне ничего неизвестно, понимаешь? Ни хорошего, ни плохого, вполне возможно, что они в порядке, просто сейчас временно проживают в другом месте. Да и это логично, тут жить больше негде…
Даже не пытаясь вырваться, девушка, широко раскрыв глаза, смотрела в веснушчатое лицо мужчины. Услышать то, что он пытался сказать, было тяжело, но она услышала. Только… Бен действительно верит в то, что говорит? Или старается её утешить?
— Ты обязана их найти, слышишь? Ведь они сами в горе из-за пропавшей дочери!
В плотном кольце грозовых туч, заполонивших всё внутри девушки, что-то забрезжило. Назвать это солнцем или рассветом было бы слишком оптимистично, но крохотную лучинку надежды оно принесло. Призыв к действию прочно укоренился в мыслях. В самом деле, родители вряд ли после похищения Лоры сразу сдались, признав её мёртвой. Отчего же она похоронила их раньше времени?! Вначале нужно проверить все варианты: поспрашивать других соседей, обзвонить все больницы… пойти в полицию, в конце концов. Простора для действия очень много.
Решимость что-то делать угасла так же быстро, как и вспыхнула. Убеждённость, что её преследуют неудачи, растоптала едва зародившийся росток надежды. Вспомнились когда-то давно подслушанные слова отца, что он стал опасен для влиятельных людей, уже однажды попытавшихся его уничтожить. Вряд ли те ограничились бы простым сжиганием дома. Им нужно было избавиться от корня проблем — Элмера Клеренса. Как раз наоборот, дом можно было поджечь, заметая следы.
Лора в очередной раз всхлипнула, дотронувшись до рук Бена, чтобы он отпустил её. Как ни было глубоко её отчаянье, но мужчина был прав хотя бы в одном: верит — не верит, попытаться она обязана. Тем более, Бенджамин, не зная её мыслей, продолжал уговаривать, уже предлагая варианты, как лучше это сделать.
— Точную информацию тебе смогут сказать только в полиции. Давай ты переночуешь у меня, а завтра утром, когда немного отдохнёшь и будешь готова, я позвоню туда? Или даже лучше! Наберу напрямую детективу, занимающемуся этим делом… Он как раз оставил свой личный номер, когда второй раз обходил дома, опрашивая нас уже в связи с пожаром.
Мысль была трезвой. Лора, порастеряв все слова, слабо кивнула, выражая своё согласие. В её голове начал расстилаться туман, в котором терялись мысли. Все попытки думать дальше заканчивались едва начавшись. Хотелось спать. Успокоительное, наконец, подействовало в полную силу. Болезненная вспышка воспоминаний, когда Бен потянулся с антисептиком к её коленке, резануло сознание; вместо Бенджамина она отчётливо увидела Грама, выжидательно уставившегося на неё чёрными глазами. Видение прошло раньше, чем Лора успела испугаться, а потом уже показалось частью сновидения. Её веки закрылись сами собой, голова откинулась на спинку дивана. Девушка уснула.