— Злишься, что я позволил тебе сбежать?
— Позволил сбежать? — эхом повторила Лора, напряжённо подняв голову.
Лора ссутулилась, подтянув колени к груди, обхватив их руками. Что же, кажется, убийца решил просто поиграть с ней: отпустил побегать, чтобы найти снова. «Поохотиться» от скуки? Тогда ясно, почему он «уснул» так крепко. Новость, которая должна была её шокировать, не произвела особого впечатления. Психика уже слишком устала от неприятных сюрпризов. Её уже мало что могло взволновать. Хотя нет, один вопрос всё-таки был, который душа девушки требовала немедленно задать.
— Это вы сожгли мой дом?
— Да.
— П… почему?! — от спокойного голоса, так просто сообщившего о страшном злодеянии, у Лоры по всему телу прошла дрожь. Она слишком хорошо помнила, как Грам, уходя от неё вооружённым до зубов, каждый раз заверял, что идёт не за её родителями. В какую-то секунду захотелось вскочить, наброситься на этого чёртова лжеца и разорвать его. Но на это нужны силы. А сил не было. — За что?
Помимо отчаянного горя, Лора ощутила внутри себя привкус новой эмоции. И чем больше она к ней прислушивалась, тем понятнее становилось, что та перекрывает все остальные чувства, испытываемые ею к Граму. Презрение. Даже ненависть и страх отступили на задний план. Лора презирала лживого убийцу, искалечившего её жизнь, именно поэтому она хотела услышать ответ. И к чёрту приличия — он их не заслуживал!
— Зачем ты это сделал?!
— Затем же, зачем и стр-релял в твоём доме без глушителя, — он присел рядом, на одно колено, самодовольно улыбаясь. — Чтобы защитить.
— Защитить?! — Лора повернула голову, обнаружив, что он пододвинулся слишком близко. Презрение только сильнее искривило её лицо.
— Ангел плакал бы, потер-ряв р-родителей. Слёзы — это больно.
— И поэтому ты решил сжечь мой дом?! Сжечь всё, что мне было дорого?!
— Р-разве я ошибся? Или дер-рево тебе было дор-роже?
Тихий шёпот раздражал, злил! Разве можно объяснить такому человеку, что он натворил, желая причинить ей боль?! Нет! Девушка не захотела тратить силы. Только отвернулась от него, полностью поддавшись разрывающему её плачу. До сотрясающихся плеч коснулась холодная рука. Лору передёрнуло, захотелось немедленно скинуть её с себя, словно мерзкую ядовитую гадину.
— Убери… — откуда взялась смелость непонятно, но голос больше не дрожал. Лора понимала, что с ней могут сделать страшные вещи и заставить тысячу раз пожалеть о своём поведении, но что-то внутри неё сломалось. Выразить эмоции, показать своё отвращение стало важнее. — Не смей до меня дотрагиваться!
Рука исчезла раньше, чем девушка дёрнула бы плечом в попытке её скинуть. Странно, но убийца послушался, как будто это не он полтора месяца держал Лору взаперти, ежедневно насилуя.
— Лор-ра, Лор-ра…
Девушка прямо в голосе почувствовала усмешку на его губах, изгибающихся, произнося её имя, и сжалась сильнее, полностью спрятав лицо в ладонях.
— …Ты совсем не понимаешь меня…
«Не понимаю! И понимать не собираюсь! — Лора предпочла бушевать молча. Пока он не прикасался к ней, она могла худо-бедно себя контролировать. — Псих! Убийца! Ублюдок!»
— …Но всё, что я делал, было р-ради тебя.
Слушать сумасшедшие бредни не хватило сил. Девушка закрыла уши руками, прижав к ним ладони так крепко, будто они сейчас отвалятся. Но Грама это не устроило. Он схватил её запястья и, несмотря на направленный в его сторону презрительный взгляд зарёванных глаз и сопротивление, развёл её руки в стороны.
— Отпусти меня! — она попыталась вырваться, но куда там, он так вцепился, что, казалось, собирался прямо через кожу высосать остатки жизненных сил. — Пусти!
— Р-ради тебя я отказался от пр-рибыльного заказа на твою семью! — Грам не повысил голоса, но заговорил очень быстро, уверенно, даже надменно. — Р-ради тебя пр-рикидывался нищим, чтобы охр-ранять от возможных нападений! Р-ради тебя убил своего др-руга, пр-ришедшего в тот день за тобой, поскольку его гр-рупа пр-риняла тот заказ вместо меня! Р-ради тебя снял глушитель, чтобы пр-редупр-редить об опасности! Р-ради тебя нашёл место, чтобы ты не постр-радала в р-разбор-рках твоего отца! Тепер-рь видишь?! — Грам тряхнул Лору, боящуюся пошевелиться под таким напором. — Я забр-рал тебя р-ради тебя!
Шокированная внезапным сумасшедшим признанием девушка не сразу смогла ответить. Эмоции опередили разум.
— Ради меня?! — она глубоко вдохнула: воздуха категорически не хватало. Говорить сквозь громкие рыдания оказалось непросто. Кисти онемели от сильной хватки мужчины. — Ты убил моего парня! Тоже ради меня?!
— Ты всегда была такой довер-рчивой… Наивной… Мой ангел. Я мог взять тебя в любой момент…