Что, блядь? Обратно к ректору тянет?
До сих пор не могу поверить, что она за этого ублюдка замуж собиралась. Согласие ему дала. А может, они уже и потрахались?
Злоба внутри поднимается. Ярость душит. И что-то такое темное теперь клубится под ребрами, что я едва могу этим управлять.
Охренительный расклад намечается.
Она к свадьбе с другим мужиком готовится, а мне предъявы кидает, что я какую-то девку в бассейне оттрахал.
Наглая. Охуевшая.
Ну трахнул я ту шалаву. Даже ничего не почувствовал. Пусто. Без вкуса. Чисто разрядку получил. Кайфа ноль было. Сам не понял, ебался или дрочил. Нет, ну девка старалась. Пробовала меня зажечь. Но из-за этой маленькой сучки, из-за этой блудливой предательницы мне все как отрезало. Стояк есть. А трахаться как раньше не выходит. Механически все. Ровно.
Ебаться тянет. Дико. Но блядь… только с ней. Как заклинило. Заноза засела в мозгу.
— Трахалась? — спрашиваю.
— Что? — глухо.
— Жениху своему отсасывала?
— Какой ты… — бормочет, качая головой. — Это просто омерзительно. У тебя только одно всегда на уме.
— Ночью проверю, — обещаю ей. — Лучше тебе быть целкой. Везде.
3. Марат
Она смотрит на меня так, будто я ее ударил.
А я, блять, даже пальцем ее не тронул. Вообще перед ней на пузе ползаю. Уже не знаю, как угодить. Она, сука, вертит мною как хочет. Берега в край теряет. Пользуется своей безнаказанностью. Я же сделать ей ничего не могу. Вечно сдерживаюсь. Одергиваю себя. Под ее взглядом иначе не получается. Стоит ей хоть раз глянуть — и я пропал. По ходу уже просекла это. Вот и давит так. Даже делать ничего не надо. Достаточно посмотреть, и я сразу последним уебком себя ощущаю. Прогибаюсь в очередной раз.
Как упустил в начале, так дальше и понеслось.
Теперь надо выгребать из этого тупика.
Только хер знает каким путем.
— Ясно, — замечает тихо.
И вроде ничего особенного не говорит, но вместе с этим ее взглядом одно-единственное слово действует так, что меня аж корежит.
— Что тебе ясно? — спрашиваю.
Закипаю. Однако стараюсь себя до последнего держать.
Рано. Нельзя срываться.
Бесячая она. И характер… никто кроме меня такое не вывезет. Она еще просто не поняла своей удачи.
Объясню. Время есть.
У нас теперь вообще, считай, вся жизнь впереди. Успеем прояснить все вопросы. Некуда торопиться.
— Ты насильник, — выдает. — Но это давно было понятно. Тебе всегда было наплевать на мое мнение. На согласие. Тебя только собственные желания волновали.
Надо же, как разговорилась. Не остановить.
Лучше бы она, конечно, молчала. Не злила. Не подбрасывала поленья в костер. Потому что я и так на грани уже.
Довела, блять. Сначала эта гребаная свадьба с ректором. И нашла же себе женишка. Теперь вот еще выясняется, что я оказывается насильник.
— Это когда я тебя насиловал? — спрашиваю.
Наоборот свои желания давил. Глушил. Пресекал. Столько раз мог бы спокойно ее поиметь. Но вечно себе на цепи держал.
Зря.
Теперь понимаю, что стоило действовать иначе. В первый же раз ее на хер насадить. Без лишних церемоний.
А то я слишком долго перед ней расшаркивался. Нежничал. Ухаживал даже. Нахера это все? Чтобы потом она мне про свою свадьбу с другим мужиком рассказала?
Нет. Пацаны мне говорили, что если девку долго не трахали, то у нее крыша начинает ехать. Я о таком не задумывался. Меня девки волновали только в одном ключе. Выебать — и забыть.
Но тут такое начинается, что в башке прямо простреливает.
Вот же оно.
Нужно было ее трахнуть. Еще когда с поцелуями полезла. Без лишних церемоний.
Сперва так и собирался. Однако она умеет сбить с толку, отвлечь. А потом момент был упущен.
В комнату вломились.
Только были и другие возможности.
Не раз. Не два. Да заебешься подсчитывать. Но я же все спускал на тормозах. Загонял всех своих зверей в клетку. Ничего лишнего не допускал.
И где благодарность?
Был уверен, что поступаю верно. Развиваю терпение. Именно с этой сучкой хотелось все правильно сделать. Как надо. Как полагается.
Распустил я ее.
Это как с норовистой кобылой. Нужно сходу объезжать. Иногда — жестко. Чтобы знала свое место. Чтобы четко усекла, чья она.
Если бы трахнул ее сразу, как собирался, то не было бы у нее ни единой мысли о других мужиках. Она бы на мой хер подсела. Просила добавку. Я бы всю дурь из ее головы выбил. Одним махом.
Ладно. Еще не поздно все исправить.