– Как хорошо, что ты пришёл! – тихим счастливым голосом произносит Осдар пуговице на уровне своего лица. – Я ждал тебя, каждый день. С бабушкой и дедушкой здорово, и с дядей Ареном тоже, хотя с их дочкой мне играть не очень интересно – девчонка! А другие братики такие маленькие, я не знаю, как с ними играть…Папа, ты насовсем вернулся? Скажи, что насовсем? Как хорошо, что ты есть.
Элор осторожно садится на корточки, умудряясь не прекращать обнимать мальчишку, утыкается лбом в светлые волосы. Они пахнут совсем иначе, в запахе Осдара нет ни хвои, ни цитруса, ни похожего на мой запаха, но Элор вдыхает и его лицо как будто бы наполняется светом. А я чувствую спазм в горле, который мешает ему говорить. Чувствую как свой собственный. И только его руки крепко прижимают мальчика к себе.
***
К возвращению маленькой семьи Аранских в королевский дворец Осдару успевают приготовить комнату, а Элор, несмотря на то, что мальчик уже не такой крохотный дракончик, всё же самолично помогает ему подготовиться ко сну. Я улыбаюсь, глядя на них; мне наконец-то немного спокойнее. Элор сидит с книгой возле кровати, но не читает, страницы так и остались раскрытыми и позабытыми. Двое разговаривают: Элор делится впечатлениями о жизни в другом мире, Осдар хвалится первыми достижениями и проделками. При этом держит Элора за руку, словно опасаясь, что тот снова уйдёт. Вид у Элора растроганно-виноватый.
– Ладно, спи, – мягко говорит он, поднимаясь. – Поздно уже.
– Ты точно больше не уйдёшь? – с опаской спрашивает дракончик, приподнявшись на локтях, заглядывая ясными глазами в мужские, золотые.
– Обещаю, – серьёзно кивает взрослый дракон.
–Па-ап? А… давай завтра навестим маму? То есть я знаю, что у меня была другая мама, а Ри, она не совсем… Но я бы хотел, чтобы у меня была такая мама, как Ри. Давай сходим?
Я смотрю на Элора, а он переводит взгляд с личика Остара на окно, возле которого нахожусь я. Иногда мне кажется, что он знает, что я приглядываю за ним, что я близко, на расстоянии вытянутой руки, даже ближе. Что для того, чтобы говорить со мной, ему никогда не нужно было ходить к той плите из светлого камня, на которой выбито моё имя.
– Конечно, сходим, – грустно улыбается Элор. – Я бы тоже этого хотел. Очень.
***
Конец