— Я польщён, — с какой-то сухостью и безразличием сказал он. Походу, тот был под наркотой, зрачки расширены, а мимика дёрганная, а вестибулярный аппарат плохо работал.
— А почему Вы все здесь играете? Тут же скучно.
— Будь добра, пошла-ка ты вон отсюда, пока я тебя не запер с гиенами, которые растерзают такую глупую и любопытную соплячку как ты, — грубые слова, сказанные таким тоном, огорчили её, лицо девочки переменилось, глаза застеклились, а дыхание начало обрываться.
Видно, этот парень не увидел, кто её сопроводил и чья она дочь. Он уж подумал, что это снова галлюцинации от травы. Ведь в помещении, где царила преступность, появляется ребёнок, немного странно. Эвелин сильно затронули слова незнакомого человека, но она не хотела плакать, не хотела показывать свою слабость. Сглотнув ком в горле, она помчалась прочь от него.
Собрав чувства в кулак, девочка через несколько секунд увидела неподалёку, как ей казалось, безобидную спящую собаку, которая была привязана на цепь к железной трубе у стенки, и ещё две были неподалёку от той. Подойдя к ней чуть поближе, она с какой-то наивной улыбкой уже с осторожностью хотела погладить её, как гиена вдруг проснулась и уже хотела укусить или нарычать на бедняжку, как вдруг Джокер успел быстро схватил её и оттащил назад.
— Тебе совсем жить надоело? — грубовато спросил он её. — С этими красавцами надо быть осторожней, — Эвелин немного испугалась, но, оказавшись в его оковах, почувствовала себя немного лучше.
Джокер любил гиен, когда-то они были его питомцами, но после поимки Харли он застрелил их, они сильно напоминали о ней, о тех безумных днях.
Купив всё самое необходимое, они уже на машине поехали домой. По дороге Джокер не мог не заметить её опечаленное личико, которое раздражало его, её тяготы и милые грустные глазки вызывали в нём некое беспокойство. Странно, обычно он не обращал внимание на перемену её настроения.
— Что у тебя случилось на этот раз? — громко спросил мужчина, на миг посмотрев на дочь.
— Ничего, — глаза снова застеклились, в голове опять промелькнули слова того парня. Как бы она не пыталась скрыть свои чувства, Джокер раскусил её.
—Что такое? Где твоя милая улыбочка? — пока спрашивал, Джей и не заметил, как её плотину прорвало, от чего начала тихо плакать, прерывисто вздыхая. — Тыковка, успокойся и скажи, что или кто тебя обидел…
— Я спросила у одного дяди, почему они играют там, а о-он мне сказал, что если я не уйду вон, то бросит меня к гиенам. Я глупая солячка, — уже рыдая, проговорила она.
Слова и слёзы дочери глубоко пробудили в нём гнев. В голове звучал голос: «Никто! Никто, кроме меня, не смеет говорить так о ней. Никто не смеет её обижать, никто!»
— Это он тебя так назвал? — на что девочка кивнула головой. — Запомни, ты самая умная куколка, которую я когда-либо встречал.
— Ты же сам сказал, что я глупышка и-и что я соплячка, — наконец, правильно проговорив, напомнила Эви ему.
— Я просто хотел сказать, что такая беззащитная, ещё маленькая принцесска, как ты, не может пока что за себя постоять. Ты ещё… крошка, чтобы понять это, поэтому сейчас ты глупышка, — с хрипотцой, протараторив, ответил мужчина.
Ей стало приятно слышать его комплиментики и поддержку. Но всё равно девочка чувствует, будто бы она чужая. Она очень скучает по своей маме, её так не хватает.
— Мистер Джей, а почему тот дядя в плаще, который догонял нас, был таким злым и плохим? Он хотел сделать тебе больно?
— О, да, детка, с этим дядей мы не очень дружим.
— Не бойся, мистер Джей, я тебя ему не отдам, если что, буду тебя защищать. А лучше, если бы я вас помирила. Будете друзьями.
— Это уж вряд ли, — она так наивна, что он растянул улыбку до ушей.
Эвелин не стала задавать вопросов, а всю дорогу молчала, грустно сверля взглядом город за окном, пока не увидела знакомую ей кафешку. Звонко вздохнув, она крикнула:
— Пудинг! — в этот момент Джокеру показалось, что это Харли.
— Какой ещё пудинг?
— Мы с мамой часто шли в вон то кафе и ели шоколадный пудинг с клубникой.
— Думаю… дома найдётся пудинг с клубникой.
— Ты тоже любишь пудинг?
— А как же, просто обожаю.
Уже через пять минут они оказались дома. Джокер, как и обещал, ужинал с ней за одним столом. Два куска пудинга и апельсиновый сок — всё, что лежало на столе. Она всё задавала ему разные вопросы, иногда дурачась. Мужчина смотрел на Эвелин, мысли о ней не переставали заполнять голову. Девочку напрягал этот тяжёлый взгляд. От чего остановилась прожёвывать еду.
— Почему ты на меня смотришь?
— Оу, а почему мне на тебя не смотреть?
— Эм… не знаю, — только она хотела взять стакан сока, как случайно уронила его на себя, от чего вся одежда замаралась. — Упс, — виновато посмотрев на отца, она промолчала. Джокер, глубоко вздохнув, вытер стол тряпкой, на удивление, не ругая её.
— Мистер Джей, а можно пойти искупаться? У меня волосы и одежда липкие стали.
Отдав ей чистую одежду и шампунь, он повёл её в душ. Показав ей, как открывается и закрывается вода, он скрылся в другой комнате, оставив её с водными процедурами. Через минут десять Эвелин наконец вышла из кабинки и уже надевала пижамку с серенькими слонятами. После чего девочка достала из своего нового рюкзачка резинку и расческу и подошла к Джокеру, который сидел в гостиной на диване, переключая каналы, дабы найти что-нибудь интересное. Вдруг он почувствовал, как кто-то тянет его за рубашку.
— Мистер Джей, сделай мне, пожалуйста, косичку, — Джокер в недоумении посмотрел на неё.
— А у тебя что, рук нет? Сама сделай, — с каким-то недовольством ответил он ей.
— Я не умею, ну пожалуйста…
— Ты же скоро спать пойдёшь. Зачем тебе эта косичка? — не смотря на неё, уточнил мужчина.
— Чтобы волосы не путались, — объяснив, зачем это, она встала напротив, подавая ему расчёску и резинку. Как бы ему не хотелось, он всё же с неохотой начал расчёсывать её тёмные пряди с разных сторон, наконец уже начав плести косу.
— А можно я у тебя буду спать?
— Что ж, раз ты у нас такая трусишка, то можно.
— Спасибо.
Порой она раздражала его, а порой вызывала жалость. С ней… любое зло станет чуть светлее.
========== Глава 10: Моя маленькая девочка ==========
***
Готэм-Сити, 30 июня, 21:20, Бэтпещера.
Сидя в своей пещере за десятью компьютерными мониторами и клавиатур, Брюс быстро писал что-то в базе данных и поисковых источниках. Глаза метались с одного экрана к другому, высвечивались какие-то данные с кодами и ссылками, бедняга уже второй час копается, но ничего стоящего, что помогло бы разобраться и ответить на его вопросы. В горле уже пересохло, мужчина ослабил галстук, после чего облокотился на спинку кресла. Потерев глаза, Брюс и не заметил Альфреда, который находился сзади с железным подносом, на котором стоял стакан с гранатовым соком, внутри которого плавали три маленьких кубика льда, и на перекус двойной сэндвич с курицей. Мужчина устало растянул улыбку на лице, поесть ему бы не помешало.
— Мистер Уэйн, что-то Вы на этот раз засиделись. Кто или что на этот раз? — Альфред поставил поднос на маленький столик около Брюса, сам поправил очки, дабы лучше увидеть. — Нда, опять за старое взялись. Ну и что он на этот раз натворил или собирается сделать?
— Альфред, взгляни, — Брюс одним махом нажал на клавишу, после этого на мониторе появился кадр из камеры видеонаблюдения музея искусств. Изображение чёткое, на нём видно, как около Джокера сидит маленькая девочка с испуганным личиком.
Брюс улучшил изображение девочки на максимальную чёткость и увеличил его.
— Я гоняюсь за этим ублюдком уже который месяц, а сегодня вдруг увидел этого ребёнка. Теперь ломаю голову, кто она ему? Или для чего она ему нужна… Харли в тюрьме, осталось только загнать его в Аркхэм. Слыхал, что Аманда Уоллер собирает отряд самых опасных злодеев для спецсекретного задания. Я уверен на все сто, что в этом списке и наша мисс Квинн. Думаю, Джокер не упустит своего шанса вызволить её оттуда. Только вот этот ребёнок вызывает у меня беспокойство, — мужчина глотнул освежающего сока, после чего взялся за сэндвич.