– Ты куда меня тащишь? – возмутилась, упираясь ногами в пол. – Отпусти мою руку сейчас же.
– Не дрейфь, я просто хочу поговорить.
– Мне плевать, чего ты там хочешь. Если не отпустишь, то я заставлю тебя это сделать.
– И что же ты сделаешь? – хохотнул парень. – Закричишь?
– Вот это и сделаю. У меня такие тараканы в голове, что и поизощреннее что-то придумаю.
Неожиданно Орлов остановился, и я врезалась в его спину. Ойкнула от боли, прострелившей в нос. Вот глыба каменная.
Повернувшись ко мне, он осмотрел меня подозрительным взглядом. Видимо и впрямь подумал, что я могу закричать на весь зал и тем самим опозорить его. Заманчивая перспектива. Но опозорить его - это ещё означает опозорить себя. Так что переносим идею до лучших времён.
– Господи, за что мне такое несчастье? – поднял голову кверху. – За какие такие грехи?
– У тебя их тысячи. Выбери из них какой-то один.
– Родители познакомятся и я её больше не увижу, – бормотал себе под нос Орлик. – Осталось совсем немного. – Успокаивал он себя.
Вот я поганка такая. Довела парня. Дышит бедный через раз, пытаясь сдерживать злость. Так ему и надо. Нечего шантажировать девушек и втягивать их в сомнительные планы.
– Делай поступательные движения, – показывала на себе как нужно это делать. – Медленный вдох и выдох.
Его глаза злобно блеснули, обещая мне скорую расправу. А я чего? Я ничего.
– Тебе жить надоело? – сквозь зубы прошипел. – Ты только скажи и я мигом организую тебе похороны.
– Только, когда будешь организовывать, проконтролируй, чтобы на фоне играла Ariana Grande, – вставила свои пять копеек. – Нудятину даже не вздумай включать.
Закатив глаза, уже хотел съязвить мне в ответ, как запнулся о невидимый порог и внимательно смотрел на кого-то поверх моего плеча.
– Куда это ты уставился?
Когда мои слова проигнорировали, я поднялась на носочки и принялась, усиленно махать рукой перед лицом парня.
– Ау. Земля вызывает Макса.
– Даже не вздумай оборачиваться, – очнувшись после минутного ступора, произнёс он.
Резко развернулась, чтобы посмотреть на того, кто находился позади меня, как меня резко развернули обратно.
– Любопытство – мой порок, – непринужденно пожала плечами. – Прости.
– Тогда ты тоже меня прости.
– За что?
В последний раз посмотрев мимо меня, дернул меня за плечи к себе на уровне своих глаз. Его глаза были темно-голубыми с более светлыми вкраплениями. Почему я никогда на это не обращала внимания?
– А вот за что.
И больше не медля, впился поцелуем в мои губы.
***
Каждая девушка хотя бы раз представляла себе как произойдёт её первый поцелуй. Я не стала исключением. Мне казалось, это должен быть парень при одном взгляде на которого, мои коленки будут подкашиваться, а сердце гулко биться. Но сейчас Боги решили посмеяться надо мной. Так как к моим губам были тесно прижаты губы Орлова. И этот поцелуй был отнюдь не взаимным.
– Ты чего творишь? – уперлась я ладошками в его грудь, желая отодвинуть это тело от себя.
– Не видишь? – прошептал на ухо. – Целую.
– Ты вообще что ли? – разозлилась от безысходности. – Ты понимаешь, что ты наделал?
Горло сдавило спазмом, а слезы были уже готовы градом политься по моим щекам. Но я не доставлю такое удовольствие Максу.
– Я же извинился. Причём наперёд. – Отошёл он на два шага от меня. – А ты и тут истерику закатила. В чём проблема?
– Ни в чем, – буркнула себе под нос, не желая говорить истинную причину.
Его взгляд снова скосился в сторону и я решительно обернулась, желая посмотреть на этот важный Орлову объект. На другом конце зала стояла длинноногая блондинка, которая не сводила с нас ревнивого взгляда.
– Из-за неё ты меня поцеловал? – спросила я, уже зная ответ на свой вопрос.
Я думала, что не может быть ещё гаже на душе, а нет.... Оказывается, ещё как может.
– Ты ведь не будешь устраивать мне сцены ревности? – безразличие так и сквозило в его голосе. – Наши отношения полная фикция.
Внезапно меня осенило.
– Ты ведь не из-за родителей решил со мной встречаться. Ты захотел позлить эту девушку.
Я не услышала подтверждение своим словам, но они и не нужны были.
– Надеюсь, ты получил то, что хотел.
И проигнорировав его отклик, направилась к выходу из зала.
– Милая, ты куда? – остановила меня мама на входе.
– Неважно себя чувствую, – почти не соврала. – Поеду домой.
Брови родительницы нахмурились, а губы недовольно поджались.