–Евгений, я понимаю вас. – шелестит её мягкий голос, а затем её тонкие пальчики соскальзывает с моего локтя, и я ощущаю полное опустошение, словно меня лишили чего-то жизненного важного. – У вас непростая ситуация, и вместе с сыном вам пришлось пройти через большие трудности… я постараюсь смягчить его адаптацию. Я понаблюдаю за ним, чтобы проанализировать его поведение и общение с другими детьми. Истерики и слезы – это нормально. Все дети и родители через это проходят. К тому же, сегодня он останется всего лишь до обеда… переживать не о чем. – успокаивает она меня и это работает. Глубокая тревога сидящая во мне, и которую я так старательно пытался игнорировать – стирается, исчезает. И я испытываю лишь уверенность в том, что мой ребенок в надежных руках. Поразительная девушка… необычная… чертовски добрая и отзывчивая… невероятно красивая…
–Спасибо. – благодарю я, рассматривая как завороженный идеально-пропорциональные черты девичьего лица. Взмахнув длинными ресницами, она от неловкости опускает свои насыщенного синего цвета глаза и робко кивает. Понимая, что я слегка перегнул, я поспешно делаю два шага назад. –Хорошего вам дня, я буду ровно к двенадцати. – быстро проговариваю и направляюсь к двери.
–И вам. – слышу тихий голос я и резко останавливаюсь от внезапной простреливающей боли в груди. Будто что-то мощное влетает мне в грудь, а затем всё разрывает и раскурочивает, от чего дыхание срывается. Протяженно выдохнув дабы облегчить свое состояние я продолжаю путь, отчаянно желая, чтобы поскорей пролетели четыре часа, и я вновь смог бы поймать на себе мягкий взгляд васильковых глаз.
Глава XIII. Валерия.
–Как прошел первый рабочий день? – тихо спрашивает Дима подкрадываясь сзади. Его руки обхватывают мою талию и затем он дергает меня назад – крепко прижимая к себе. Я тут же ударяюсь о твердую мужскую грудь, и всё во мне моментально млеет и, кажется, голова просто отключается. Из моей ладони выпадает яблоко тут же приземляясь на пол, видимо, покупки подождут… Всё, я в его власти. И так происходит всегда, когда он прижимает меня к себе. Боже. Как же это невероятно. Одним щелчком этому мужчине удается переключить все мои запреты и посторонние мысли – на нужный лад. Его чувственные губы тут же принимаются кружить по моей шее, которая моментально покрывается мурашками. От наслаждения я прикрываю глаза и запрокидываю голову, желая отдаться этим сладким ощущениям полностью и без остатка. Я улавливаю его довольную усмешку, и моя улыбка не заставляет себя ждать.
–Всех воспитали, Валерия Викторовна? – деловито подначивает он, в то время как его ловкие руки проскальзывают под мою блузку и через бюстгальтер сжимают грудь. Боже, что он там спрашивает? Я ничего не слышу, разве что оглушительный шум собственного кровообращения. Дима резко разворачивает меня к себе и впивается в мои губы, что я даже словить воздуха ртом не успеваю. Лаская мои губы и язык он принимается расстегивать мою блузку, а затем она летит на пол, а следом за ней – брюки. Он усаживает меня на стол, где толко что я раскладывала продукты, которые тоже оказываются на полу, когда он поспешно сметает их, чтобы не мешали. Его пальцы впиваются мне в скулы, и мне бы следовало попросить его ослабить хватку, чтобы не осталось следов, но мне это так нравится, что мысль об этом тут же улетучивается. Он начинает нарочито медленно целовать меня, поглаживать, едва касаясь моей кожи, тем самым заставляя испытывать тягостную истому. Я распахиваю глаза и смотрю на него с раздражением. Его покрасневшие губы расплываются в лукавой улыбке.
–Что, Валерия Викторовна? Не терпится? Не знал, что вы такая развратная… – подстегивает меня этот нахал, а я распахиваю рот от возмущения. Но затем я меняю тактику: не спеша спускаю с плеч лямки бюстгальтера, провожу кончиками пальцев по обнаженным плечам посылая кокетливый взгляд и наблюдаю за его реакцией. Он словно под гипнозом провожает опьяневшим взглядом каждое моё движение, а я довольно улыбаюсь. Освободившись от бюстгальтера я хватаю его за плечи и резко приближаю к себе.
–Это ты меня такой сделал… – шепотом произношу я ему на ухо, замечая как и по его коже ползут мурашки. Его ладони накрывают мои бедра и дергают вперед. Я издаю стон столкнувшись с наличием его возбуждения. Не раздумывая я стягиваю с его узких бедер шорты, и ощущаю новый, мощный прилив желания от того, что нас больше ничего не разделяет. Резкий толчок – и я погружаюсь в бездну, где ничего нет, кроме головокружительных ощущений растекающихся горячей, густой волной по всему моему телу. Они заставляют меня извиваться, кусать губы до крови, царапать ногтями его широкие плечи. Я всматриваюсь в дымчатые опьяневшие глаза, где горит настоящее безумие вперемешку с животной похотью, и я уверена, что мой вид не отличается от его. Мне даже кажется, будто и я в стельку. Дима замедляет темп, и теперь его движения плавные, тягучие, от чего мои глаза закрываются, а изо рта вырывается громкий, протяжный стон. Он подхватывает меня, и не разъединяя наших тел несет в спальню. Опускает на прохладную постель и принимается доводить до пика наслаждения.