— Хм, — собирается с мыслями, — Я был бы не против. Точнее я только за.
— Это одно из неизменных явлений, — собираюсь встать, Егор обхватывает запястье.
— Мы там общались, — делает неопределенный жест рукой, — Мужики говорят, ресторан на берегу есть неплохой, рядом бухта. Не против перекусить? Все равно солнцепек. По их, не слишком экспертному мнению, — усмехается, — Морепродукты готовят там вкусно. Ты должна оцепить.
— Ну когда я была против еды, — усаживаюсь снова рядом.
— Ведьма ты однозначно, — Егор поднимает голову к солнцу, откинувшись на руки, — Кайф, да, Ий? Не то, что раньше, — в голосе слышатся грустные нотки. Сердце на секунду останавливается. Пожалуйста, родной, прекращай. Сил больше нет возвращаться в прошлое, пора отпускать.
— Егор, что было, то было. Жизнь ведь продолжается. И вполне не плохо, судя по всему, — окидываю глазами арендованную яхту, — Сомневаюсь, что ты у папы стал деньги брать.
— Уже нет нужды, — приподнимает уголки губ, но это не улыбка, — Знаешь, сейчас понимаю, что Земля бы не остановилась, если б тогда у него попросил. Зачем они нужны, если их на детей не тратить своих. Не так давно понял, когда уже сын подрос. А тогда хотелось самому. Отцу доказать, матери, главное тебе.
— Мечты сбываются, я очень за тебя рада и горжусь. Всегда в тебя верила и ты не подвел, — касаюсь пальцами рядом лежащей руки Егора, — Ты тоже можешь собой гордиться.
Егор морщится, когда начинает говорить, голос звучит сипло.
— Чем, Ий? Доказал, что самостоятельный и тебя потерял? Небеса не разверзлись, когда после свадьбы отец купил нам квартиру, потом машины, сначала мне, потом Оксане, путешествия. Да всё, блд, только живите. А с тобой у нас что было? Прогулки под луной, поездки на трамвае? Что еще ты можешь вспомнить о наших отношениях? — он ведь не кричит, от его тихого голоса пробирает.
— Меня все устраивало. Мы ведь не из — за отсутствия денег разошлись. Ты не хуже меня это знаешь. И ночью мы все обсудили. Мне все нравилось. Абсолютно всё, — говорить становится трудно. Сглатываю, — Всё, что до рождения Егора было в жизни хорошего, все яркие моменты связаны с тобой, большинство. Ты и родители, роднее у меня никого не было. И дороже тоже. Не мешай сейчас все, ты же знаешь, не в деньгах было счастье. В эмоциях, в ярких моментах. Тогда за счастье было под дождем просто пройтись, — складываю руки на своих коленях, рассматриваю их. Егор молчит, только плечи высоко поднимаются.
— Гор, не хочу выяснять ничего. Давай либо отпустим уже, так чтоб раз и навсегда, — закончить фразу не могу, второй вариант мне не приятен, нутро его отвергает.
— Остановимся на этом варианте, — произносит Егор, — Сейчас поедим, а ближе к вечеру поныряете с мелким, только я в воде буду, подстрахую, так будет спокойнее.
В ответ просто киваю.
Ресторанчик оказывается реально хорошим, помимо, на редкость, интересного меню, с веранды открывается чудесный вид на море. Слышать я о нем слышала, но никогда не бывала. А зря. Мои любимые мидии оказываются тут превосходными, да настолько, что к моей присасывается сын, который больше по мясу, «скользкое это» обычно есть он отказывается. Гор заказывает еще порцию.
— Ничего себе, — хихикает вторая из девушек, — Обычно такие как ты на диетах постоянно, — фраза вышла неожиданной, все собравшиеся устремляют на нее взор. Аня с Егором не поймут вовсе, они — то знают, что я могу бургеров на ночь наесться, и поутру слез лить не стану.
— Такие как я, это толстые? — уточняю с улыбкой.
— Ты не толстая, — тут же реагирует сын.
— Нет, что ты, я не это хотела сказать. Совсем нет, — девушка начинает суетиться, — Я…, - бедняжка совсем теряется, — Ты будто для журналов снимаешься, — я начинаю смеяться, Аня подхватывает, мы — то обе знаем, — Нет правда. Вон Дима мой глаз с тебя не сводит, — в попытке сгладить углы, Кристина, так зовут девушку, гасит своего мужа так, что бедняга давится и закашливается, в ужасе на Егора поднимая глаза.
Подношу сложенные ладони к лицу и делаю вдох, затем развожу их в стороны, в попытке дать понять, что все нормально, собеседницу поняли.
— Кристин, я поняла, что ты хотела сказать, — произношу, глядя ей в глаза, — Но я далека от этого, ем что хочу, спасибо генетике.
— Это так здорово, — девушка искренне радуется, во всяком случаем мне так кажется, — Мало, кому так везет.
— Вечно ты шороху наведешь, — усмехается Егор, — В школе её не любили. Только она могла в не ограниченных количествах булки в столовой есть. Еще и на уроках, всё равно училась лучше остальных.