Илья Ией загипнотизирован, разве что рот не открыт.
— В первый класс я со всеми не пошла из — за травмы. Лариса договорилась, чтоб меня зачислили, хотя впервые я попала туда перед новым годом, — рассказывает она так легко, без надрыва. А я вспоминаю себя, были у меня сотрясения, травмы, многократно. Месяцами в больнице, дома никогда не лежал, — Тот случай когда можно служебным положением пользоваться, — поигрывает бровями с довольной улыбкой, — Это она так говорила.
— А где она работала, — Илья наконец приходит в себя.
— В администрации города. Она в мою голову многое вложила, понимание о принципах и их границах. Что быть они должны обязательно, но себе во вред радеть за дело не стоит, — смотрим с Ией друг другу в глаза, меня радует, что она это понимает, наша история могла бы плачевно закончиться, и совсем не в деньгах дело, — Надо уметь быть гибкой, если того требует ситуация. С этим у меня правда проблемы, — смеется с себя, — И думать о последствиях своего выбора, — да уж, детка, о последствиях своего выбора в виде меня, ты явно плохо подумала. Придется за тобой исправлять.
— Все было чудесно. До возобновления полетов, месяца через четыре папа разбился, — Ия тянет воздух носом, мы с Ильей молчим, тяну Ию к себе, обнимаю. Она совершенно не сопротивляется, — Поэтому с одиннадцати я с Ма жила, она же Лариса.
— Мать и тогда не забрала? — Илья не выдерживает. В моем понимании это вышка. Вот так вот, брат, бывает, не все мамы, как наши с тобой.
— Нет, она к тому времени уехала к мужчине своему в Грецию. Да и не хотела я особо к ней, — пожимает плечами, — С Ларисой было комфортно. Мне было почти восемнадцать, когда у нее рак обнаружили. Неоперабельный.
Ия быстро щеки вытирает.
— Пригрузила я вас, но ты сам попросил, — обращается к Илье, мимика потрясающая, не переигрывает.
— Я всегда готов. Надо же знать, кому сыча своего отдаю. Ты подходишь. Дарю, — кивает в мою сторону. Обычное его состояние, с придурью.
Глава 62
— Ты последний мозг растерял? — уровень моего негодования просто зашкаливает.
Впервые начинаю жалеть, что мы с Ильей так близко дружим. Творит черти что. Настроение резко падает, срочно надо Ию возвращать, рядом с ней такого не происходит. Втягиваю воздух медленно, смотря другу в глаза. Тот делает вид, что не видит повода для агрессии в свою сторону.
— Что не так?
— Мы работать с тобой собирались.
— А ты рядом с ней можешь о работе думать? Что — то я не заметил и сотой доли того интереса который она в тебе вызывает, по отношению к этому, — головой на документы указывает.
— Поэтому ты пригласил её бывшего к нам присоединиться? Уровень моей заинтересованности, думаешь возрастет?
— Он не только её бывший. Если ты не забыл, мы с тобой дохера денег в эти курорты вложили. Надо архитектуру подкорректировать.
— А в другом месте, в другое время ты не мог «корректировать»?
— Ты рядом с ней вон как плывешь? И Завьялов плывет, проще будет договориться.
Несет абсолютную чушь, даже не стараясь быть убедительным. Не уверен, что Ия обрадуется, чем больше народу, тем её неуютнее, давно это заметил.
Хотя люди к ней уникальным образом тянутся. Вадим, как и ожидалось прилип. Сначала с Егором в игры рубился, теперь повел их окрестности показать.
— Не провоцируй, Илья, — повторяю себе, это друг, самый лучший.
— Макар, я не собираюсь её обижать. Правда думал, что ей может понравиться. Мы то, по сути, ей мало знакомы. А это друг детства, — Илья усмехается каким — то своим мыслям, — Он тоже с сыном будет. Только ты, Ворон, у нас отстаешь. Надо как — то вопрос этот решать.
Растираю лоб ладонью. Решать… Не скажу, что я против детей, за время проведенное с Егором я так и вовсе поймал волну отцовства, но пока что самому Ии мало. Мозги в песок превращаются, и перетекают куда — то, от мысли что её внимание на кого — то еще будет направлено, пусть даже на нашего с ней ребенка. Пока рано. Хочу её всю себе.