Вот Злата и решила эту ситуацию превратить в выгоду лично для себя, да и Саша был не против со мной поквитаться, хотя бы вот так, косвенно. Всего лишь нужно было подделать тест, что дети от Лизы… не мои.
Каким же я был идиотом!
Злата знала, что я ни черта не помню, что Саша мой бывший друг. А вовсе не настоящий. Она верно рассчитала — я решу, что обратился к другу, потому что тот меня не подведет.
Девушка искусно делала вид, что вообще не знает о моей потери памяти, именно это тогда ввело меня в заблуждение. Считал, что о моем «расследовании никто не в курсе. И, конечно, найдя документ у себя в папке, подумал, что о нем, кроме меня, никто не знает. Что я сам его обнаружил. Но Исакова очень внимательно наблюдала.
Наверно, она думала, что ей улыбнулась удача.
Ей почти удалось устроить свое счастье, но… но я ее так и не полюбил.
Более того, когда мама начала сомневаться, что тест настоящий, Злата ей даже пригрозила, что все мне расскажет об их совместной лжи. Вот она и молчала.
Но пока что я всего этого не знаю, и хочу услышать, что будет говорить мать. Ведь она не подозревает, что я все вспомнил.
Открываю глаза, мама тут же взгляд отводит и начинает из пакета доставать гостинцы. Овощи, фрукты, контейнеры с домашними лакомствами. Принимается рассказывать про последние новости, погоду, все, что угодно.
Заполняет тишину своей сбивчивой речью.
Она явно нервничает.
И что примечательно, с тех пор, как я пришел в себя, мать ни разу не сказала плохого слова о Лизе. Напротив, передает ей приветы и даже волнуется за детей.
Рассматриваю ее складки у глаз, отросшую седину. Обычно уверенно держащая себя в руках мать, откровенно сдала. В итоге выдыхает и виновато хмурит брови:
— Лиза что-то говорила?
Делаю паузу и качаю головой.
— Я так соскучилась по детям. Поговори с ней, Вадим. Она даже слушать меня не хочет. На порог не пускает, на звонки не отвечает.
— Не знаешь, почему она так делает? — прищуриваюсь, мать опускает глаза. Сжимает мою руку так сильно и дрожит.
— Знаю, Вадюша, знаю. Это все… из-за меня. Когда мне позвонили и сказали, что ты… Что ты снова… Это мое наказание. Я виновата. Я молчала. Прости, меня, прости, сынок…
Слезы прорываются из ее глаз, она цепляется за мои пальцы, сначала бессвязно роняет фразы, а потом все мне рассказывает. Этот долгий разговор я еще долго перевариваю. И когда мать уходит ночь не могу уснуть.
Охренеть, ситуация. Более того, я верил людям, которых считал родными, и отталкивал девушку, которая вопреки всему, всегда говорила мне правду. Жаль, я понял это лишь спустя много времени, успев ее обидеть снова.
Мать, может, и виновата. Очень виновата. Но я облажался перед Лизой намного больше.
Она сказала, что простила, но это не то облегчение, которое смывает ошибки волной прощения, будто их и не было. Напротив, груз ответственности за содеянное ложиться тяжелой ношей.
И если Лиза мне когда-либо даст шанс, если она подпустит меня к себе, я ни за что не подведу ее.
Слишком высокую цену заплатил, потеряв ее однажды. Я как будто воздуха лишился.
Сейчас, когда я помню каждое мгновение рядом с ней, все встает на свои места. Вмазать бы себе хорошенько, но я и так долбанулся головой нормально. Врач говорит, я счастливчик, и что такой шанс выпадает далеко не многим. Вспомнить все после такой травмы — чудо.
Шанс один на миллион. Но я вырвал его у судьбы.
Ведь я словно не жил, а существовал.
Я не память тогда потерял — я потерял смысл.
Лишился семьи.
Без Лизы и детей его просто не было.
Пустота, вакуум. И лишь, когда бывшая снова ворвалась в мое сердце, я почувствовал то, что из памяти напрочь стерлось.
Да, я обрел Федю, он мой сын от Златы, и я это перепроверял еще тогда.
И мне его безумно жаль. Я сделаю все, чтобы он не нуждался, и общаться с ним не перестану.
Но все же в его жизни произойдут изменения. Уже происходят.
Злата сама привела себя в тупик. Решается вопрос о лишении родительских прав. И думаю, с сыном ей видеться запретят. Если не тюрьма, то отправят на принудительное лечение. Подозреваю, тут мои родители постарались, подтянув и дела из прошлого со взятками, и подделки документов, которые повлекли проблемы и у Палканова. И то, что она сводила с ума Федю своими навязчивыми идеями. Которые привели к похищению Артема.
Именно так звучат обвинения.
Федя сейчас живет у моих родителей, к нему ежедневно приходят специалисты. И я надеюсь, что, когда меня выпишут, я смогу уделять внимание всем своим детям. Они все записывают мне видеообращения каждый день, я живу и продолжаю восстанавливаться, благодаря их улыбкам.