Глава 1. Марья
Когда-то пришли в заброшенный край добрые и трудолюбивые люди и положили там асфальт. Как только они ушли, вслед за ними из леса выбрался голодный Некто и асфальт погрыз.
Добрые люди обиделись и больше не пришли. Вот и вся история наших дорог.
Деверь вел предельно аккуратно. Лучшие инструктора вождения - любовь к своей машине и невыплаченный кредит.
Клиренс Лексуса позволял кататься по умеренным бездорожьям. Но когда автомобиль преодолевал более серьезные ямы, что-то страшно хрустело под колесами, а под днищем раздавался жалобный звук, который в переводе с языка Данилкиной «ласточки» означал «ой, папочка, больно!!!».
Данила страдал. Страдал, застревая со своей ненаглядной в пробке. Когда в салоне оказывались грязные люди и оскверняли нежный полимер нутра, его собственное сгорало от боли. Он смотрел на свое авто с нежной жалостью, как мать смотрит на перворожденное дитя, не веря, что этот сгусток нежности, выплюнутый ею в безжалостный мир, способен выжить.
С момента вступления в бездорожье атмосфера в салоне пропиталась такой ненавистью ко мне, что не справлялся даже Морриконе со своими меланхоличными свирелями. Каждый острый камень, бьющий в шину, Данила мысленно вгонял мне в сердце и ему становилось легче.
Ну и ладно.
– Останови здесь, – потребовала я, заметив женщину с пустым ведром, которая отошла от центра дороги к обочине, чтобы пропустить нас.
Я опустила стекло и спросила:
– Добрый день! Вы, случайно не знаете, где здесь живет Марья? Бабка, которая гадает.
– Бабка, которая гадает?– сказала женщина и рассмеялась почему-то. – Знаю.
– А как туда проехать, не подскажете?
Она ответила насмешливым тенором:
– Так её же нет, Вы в пустой дом едете.
Я одновременно испугалась и рассердилась.
– Как это так - «нет»? А где она?
– Здесь бабка ваша.
Сначала я не поняла, о чем она говорит, а затем охнула и поспешно выбралась из салона.
Невысокого роста, светловолосая, в шерстяном синем платье: теперь она нравилась мне настолько, что я готова была ее обнять.
– Я к Вам. – сообщила я.
– Так ясно, что не к соседям, – Марья окинула смеющимся взглядом, – Езжайте до горки и ждите часок. Кое-куда схожу и вернусь.
Я покосилась в сторону авто. Перспектива ждать «часок» удручающе подействует на деверя. Может, даже впервые в жизни увижу его истерику. Но на сочувствие к нему меня уже не хватало. Мне себя-то уже нет сил жалеть. Главное, мы на месте.
Я вернулась в машину и сообщила о дальнейших перспективах. Данила, положив руки на руль, запустил в пальцы белобрысую челку и застонал.
– Не ной! – приказала я нервно. – Мужчины не плачут.
Марья уходила. Её спина зацепила мой преданный взгляд и потащила за собой в синюю даль. Она поможет, убеждала я себя. Такие - помогают. Хотя – как определить?
***
Было жарко, как в духовке: Данила принципиально не включал кондиционер. Такие пассажиры, как я, не заслуживают спасительной прохлады.
Я покинула салон и ходила вокруг авто. Данила тут же включил кондиционер и уткнулся в смартфон, пытаясь подключиться к Интернету. При этом не забывал демонстративно отворачиваться, когда я приближалась к водительскому сиденью.
Ах ты, жук.
Даниле не нужны колдуньи, он и без них обладает даром перевоплощения. Когда я ему была нужна, он скулил щенком, поджавшим хвост. Теперь, когда поджав хвост пришла я, он превратился в Данко, бросающего в толпу последний уголек своего доброго сердца. Праведный упрек и гибель во взоре.
Однажды Данилка дозрел до измены. Ну, как – «измены»… Все, на что осмелился этот трус – флирт с пухлой рыженькой дамочкой. И ладно бы хотя бы в Тиндере – он ее выудил из «Одноклассников».
Глуп тот муж, который прячет пароли от жены и при этом забывает нажимать кнопку «выход». Лиза и не собиралась копаться в белье мужа: ее телефон замкнуло, она захотела выйти в свой аккаунт, а вместо этого попала в святая святых.
И получила возможность увидеть путь развития прогрессивного виртуального романа мужа с какой-то, скажем откровенно, весьма неразборчивой особой.
На первом этапе завоевания Данила решил особо не умничать. Выхоленные и изнеженные браком мужчины уверены, что современные женщины глупы, мелки, ведомы и хорошо клюют на сладкий плод романтического внимания. Как бы женщины ни строили из себя гордых и независимых, романтика подкупает всех.
Инструменты Данила выбрал банальные. Он копипастил дамочке стишки с рифмами «любовь-вновь», «глаза-слеза» и, того хуже, глагольными – «ходить – любить», «гулять-терять». Дамочка все, конечно, понимала, но прощала грех глупости. Тут надо отдать должное хорошенькому Данилиному лицу.