– Да, и поменьше купайся, в воде медузы, – добавила Лиза.
– Остерегайся мошенников и ни с кем не разговаривай.
- Не оставляй ценные вещи в номере, украдут. Там даже из сейфов
воруют.
- На пляже тоже не оставляй ничего!
– Не покупай ничего, не трать деньги.
– Не бери в прокат скутеры: могут обмануть и заставят платить за
царапины!
– Не пей!
– Старайся не заходить в незнакомые места (как будто у меня на этом курорте были знакомые места).
И, наконец, самое последнее напутствие:
– Отдохни от души!
Пока я думала, как можно отдохнуть от души тем образом, который мне предлагали, Лиза приобняла меня за плечи и, подмигнув, добавила шутливый постскриптум:
– Не заводи курортных романов!
После прощальных «обжиманцев» оковы родственной любви разомкнулись и я пошла проходить череду унижений таможенного контроля. Стало даже пусто от такой свободы.
Близких рядом нет. Не нужно спасаться от Персика и Персиком от одиночества. Я отключила телефон и бросила его в сумочку, которую кинула в пластиковый бокс.
Всё. На Мальдивы лечу только я. А вы тут оставайтесь в своих бахилах.
«» «» «»
Внизу мелькало покрывало из зелено-серых лоскутков. Приятно думать о том, что все мои беды произошли на точке, которую с такой высоты даже под лупой не разглядишь.
– Я тоже люблю сидеть у окна. – сказал мой сосед, разворачивая леденец.
Я ответила:
– А мне скучно. Если хотите, можем поменяться.
– Нет, сидите… Я уже насмотрелся на ту сторону облаков.
А я вот не видела ту сторону облаков, хотелось сказать мне. Как-то не довелось мне летать. Зато я видела ту сторону брака.
– Небо открыто для всех, – сказал сосед, вдохновившись тем, что я отвечаю – Но вот попадают туда не все.
Я смолчала.
– Это хорошая идея, путешествовать в одиночку.
- Иногда приходится, – хмыкнула я.
- Но вы, вроде, замужем? – он указал на кольцо.
- Вроде – я усмехнулась. – Нет, я не замужем. И, как оказалось,
никогда не была.
- Как оказалось? – переспросил собеседник.
- Да. Мой брак, он… сгнил еще до его посадки.
Я улыбнулась натянутой улыбкой. Отвернулась к иллюминатору, стала водить по нему пальцем и усиленно источать отчуждение. Мой сосед больше не задавал вопросов и отвлекся на игру в смартфоне.
В салоне было спокойно, лишь чей-то ребенок громко восторгался всем подряд, потом, без пауз и плавных переходов, стал капризничать, сначала умилительно, потом раздражающе. Я надела наушники и включила музыку. Очень скоро стало скучно и захотелось спать. Я приложила висок к корпусу и попыталась расслабиться. Но голова заколотилась об жесткую обшивку, было неудобно и даже больно.
Я выпрямилась и пошевелила затекшими плечами.
Мне на колени лег небольшой пластиковый пакет.
- Возьмите. – сказал сосед и улыбнулся – Не бойтесь, не заражено. И даже не использовано. Это ортопедическая подушка, маска и беруши. Для комфорта.
Я смутилась.
- Спасибо, не нужно.
- Возьмите. Лететь еще долго. Уснете сразу же.
- А Вы?
- Я не хочу спать.
Он забрал у меня пакет и, достав из него подушку, надул ее.
Протянул мне. Я взглянула на манящую подкову-ошейник и больше не могла вежливо и отчужденно смущаться. Надела подушку на шею, воткнула бируши и натянула маску на глаза.
Откинулась на спинку и познала рай.
Я проснулась лишь тогда, когда меня тронула стюардесса: нужно было пристегнуться, самолет пошел на снижение. Я стянула маску, вытащила бируши, глянула в иллюминатор.
Мой сосед перегнулся, посмотрел на островок внизу и сказал:
– Мале.
Я хотела вернуть ему набор услаждения, но он задержал мою руку.
- Оставьте. Еще же назад лететь.
Я отблагодарила его улыбкой. Спорить ради куска полимера не хотелось, хоть забота постороннего человека смутила. Я упаковала комплект и в это время ко мне опять подошла стюардесса, проверять, пристегнуты ли на мне ремни.
Самолет слегка затрясло.
***
Белая яхта за семь минут доставила нашу группу на маленький островок. Уже стемнело, я очень устала от пограничных проволочек и таможенных турбулентностей. Но это стоило того: нас потрясли и выплюнули в атмосферу влажного тепла и ненавязчивой, приятной заботы. Улыбчивые и молчаливые люди–апостолы в белых одеждах довезли нас до отеля.
Там состоялась процедура оформления по номерам, которую служители, глядя на наши скисшие лица, старались максимально упростить, отпаивая нас кофе и водой. Я попросила себе glass of water и нежилась в большом белом кресле, пока мне не дали знак следовать за сотрудником отеля.
По деревянному мостику в компании сопровождающего меня невысокого азиата, я дошла до своего бунгало. Первое, что я увидела - огромная белая кровать под балдахином. Больше я ничего не замечала. Сняв босоножки и забыв чемодан на пороге, босиком протопала по деревянному полу до облака и присела на него.