- Так все плохо?
- Я тебе это сказала не потому, что мне нужно исповедоваться. Мне неловко за свое поведение и я хочу все объяснить. Мне показалось, что муж нанял тебя не зря. Я не даю ему развода и он ведет себя странно – сначала прислал мне кошку и цветы, потом я вдруг выиграла путевку, ни с того ни с сего. Я не верю в такие вещи. А когда ты назвал меня по имени, я утвердилась в мысли, что это Миша меня таким образом решил проверить. Или подослал тебя соблазнить меня. И потом использовать измену для развода. Понимаешь?
Максим ответил не сразу.
- А как так получилось, что ты говоришь мне, что ты не в браке, а потом говоришь, что развод ты не даешь?
- Я не давала развода в состоянии злости. Я была растеряна. Но я уже приняла решение - когда вернусь обратно, все оформлю.
- А когда ты узнала, что соблазняю я тебя не по его команде а из самодеятельности, ты сильно разочаровалась?
- Максим... Зачем эта информация?
- А я вот хочу знать! – Максим сдвинул брови. Больное какое-то любопытство. Я почувствовала себя так, словно прикоснулась к какой-то темной части его личности - и внезапно меня к нему потянуло. Я растерялась. Он не уютный покладистый тихоня. Он такой же, как я. Расколотый и не искренний. И то одно из него вырвется, то другое.
- Давай выйдем обратно во что-нибудь веселое. Я не хочу заниматься психотерапией вместо флирта. Я не жертва. Неприятно, что у нас разговор зашел в это русло. Все начиналось хорошо, но ты мне все еще нравишься, давай продолжим в том же духе.
Максим молча разлил остатки рома. Мы выпили, не чокаясь.
– Вы любили друг друга? – спросил он, упорно не желая абстрагироваться от темы моего брака. - Или может кто-то один любил? Ты его? Он тебя?
– Я еще раз прошу тебя…– процедила я беззлобно, но веско. – Закрыли тему.
– А давай-ка поговорим, и оставим это здесь, – Максим с пафосом ткнул указующим перстом в стол.
И тут я поняла - он ревнует.
Не рановато ли для проявления собственнических чувств? Да он напился.
– Я хочу знать, каким был твой брак. По любви или по расчету? Как вы жили? Расскажи мне все.
Он вдруг прервал сам себя.
- Так, стоп, я действительно лезу не туда. Во всяком случае не вовремя. Прошу прощения, нарушил последовательность.
– Да все нормально.
– И все-таки хотя бы сейчас, будь выше этого.
- Я и так выше этого.
– Ты выше этого. Что бы ни случилось. – сказал он, громко, начав активно жестикулировать. Он точно был пьян. Да и я не отставала, судя по странным поворотам нашей беседы и тому, что меня все сильнее тянуло к нему. Это алкоголь меня размазал. Мне нельзя пить.
- Расскажи лучше о себе. – я придвинулась к нему поближе.
- Не. Обо мне – вообще не вариант. Давай я расскажу тебе историю о любви водяных клопов. – сказал Максим.
Я нервно рассмеялась. .
- Нет, это красиво, слушай. – глаза его оживленно заблестели - Водяные клопы находят себе любовь, выбивая спинами по воде круги. Круги как радиоволны, помогают влюбленной паре найти друг друга. После того, как самка приходит к самцу, они спариваются. Выбираются на сушу, и дальше, внимание! – он задрал кверху палец - самец показывает самке место, куда она должна отложить яйца. Она откладывает яйца, при этом продолжая спариваться!
- Высокие отношения.
- Что ты! Это прекрасно, это же природа. И потом, это… не просто эротично. Это точный расчет! – в голосе Максима я заподозрила восхищение. – Им важно, чтобы все яйца были оплодотворены. Жалко только, что самка погибает.
- Рыдая над фотографией убиенной самочки. – прокомментировала я, промокая прослезившиеся глаза салфеткой.
- После появления на свет клопиков папа еще какое-то время будет находиться рядом с ними, научит жить, там, пылесосить пляжик, мыть за собой ракушки, а потом, когда они станут самостоятельными, уплывет на поиски новых приключений.
Максим рассказывал так упоенно, что я поняла, что это не юмор и он действительно восхищен таким раскладом.
- Не забывая слать им гифки на праздники… - закончила я за него усмешкой - Вот она, природа ваша. История о том, что вы, самцы, изматываете своих бедных самок до смерти.
- А я вижу в этой истории беспрецедентную женскую и отцовскую любовь. – возразил Максим горячо. Глаза его горели, как у маньяка-энтомолога – Но ты права. Мы смотрим на мир из окошек половой принадлежности.
Я расхохоталась до слез, хоть на этот раз причины не было.
Из бара нас и других любителей романтики выманило солнце, которое окрасило облака и разлило оранжевую краску по всему горизонту. В маленьких окошках отеля уже загорались огни. Море полыхало.
Мы дошли до берега и сели на песок. На пляже почти не было людей. Волны докатывались до наших ног, мы трогали теплую воду босыми ногами и держались за руки.