- Да-а? – спросила Лиза и в глазах ее вспыхнул интерес ко мне. – А ну-ка рассказывай.
- Не буду говорить раньше времени. – я многозначительно улыбнулась и даже слегка засмущалась.
- Но это серьезно? – взволнованно спросила мама. – Он говорит о семье?
- Да, конечно, мы сейчас обсуждаем эту тему. Впрочем, вы все скоро сами узнаете. Надеюсь вас представить друг другу в скором времени.
- О, а как мы надеемся! – теперь и Лиза захлопала в ладоши. – Давай, Катя, не разрушай наших надежд. Мы верим в тебя.
Все сложилось. Мне поверили безоговорочно. Моя ложь была нужна родным для того, чтобы они могли видеть цветные сны, не переживая за то, что их дочь не пропадет, спрячет свое худое глупое тело в утесах какого-нибудь сильного мужчины. Да, они не упускали случая пустить в меня стрелу. Но их стрелы пропитаны ядом семейной любви. Теперь, когда я дала им надежду на то, что я образумилась, меня снова могли принять в стабильный семейный клан.
Я искренне улыбнулась и мысленно попросила у всех прощения за криводушность. И в этот момент созрело решение, оно вспыхнуло как заря. Теперь я знала, куда дену свою никчемную жизнь.
После обеда мы с папой вышли как будто в магазин, но на самом деле зашли за угол, и остановились. Папа закурил и внимательно всматривался в мое лицо.
- У тебя действительно есть молодой человек? – спросил он голосом доброго следователя. – или ты это сказала лишь для мамы и Лизы?
- Почему же? Есть, стала бы я врать…
Эта история у нас с папой повторяется неоднократно. Как он определял, что я вру? Я пыталась узнать, но он не признавался. Всегда разоблачал. И никогда не осуждал. Я рассказывала ему все.
- Есть, просто мы слишком недолго встречаемся. Я переживаю и боюсь что-то говорить заранее. – немного разбавила я свою ложь, чтобы отвести след. Папа прищурил глаза.
- И как звать его?
Я вдохнула сигаретный дым от папиной сигареты.
- Да никак.
- Я так и подумал. – вздохнул папа.
- Ты прекрасно знаешь, что тебе я не могу врать. – сказала я сдавленно. - Просто я приняла решение, что выйду в течение трех месяцев замуж или найду жениха. А маме и Лизе сказала так, а почему, ты сам понимаешь…
- Ты будешь это делать для них? – папа кивнул головой в сторону нашего подъезда - Или для себя?
- Честно? Да я сама не знаю! – мне в глаз попал сигаретный дым и в носу защипало. – Просто я тоже хочу ребенка и семью. Лиза беременна. Почему у меня так все вышло? Я, что ли, не могу родить? Я была у доктора, у меня все нормально! Мне на УЗИ, знаешь, какой комплимент сделали? Что у меня матка красивая!
Папа притянул меня к себе за плечи и похлопал по спине.
- Ну, все, не плачь.
- Да не плачу я, это дым в глаз попал.
Я вырвалась из его объятий. Впервые в жизни мне не нужна его поддержка. И жалость, которую я так ловко умела у него выторговывать, мне тоже не была нужна. Сегодня, в особенности в свете недавних событий, чья-то жалость выглядела унизительно.
- И не надо меня жалеть. Я не инвалид. Посмотри, какая я красивая! Вместе с маткой!
- Я просто хотел попросить. Ты не торопись. Не нужно никого искать. Разберись в себе. Если хочешь выйти замуж ради нас, или ради ребенка - так не пойдет.
- Но…
- Не нокай! Ты правильно делаешь. Живи для себя. Ищи себя. Всё уладится. У тебя все будет отлично. Я в тебя верю.
- Правда, веришь? Честно?
- Да. Честно. – уверенно сказал папа. – Ну вот, и мне дым в глаза попал. Пошли.
Я замотала головой.
- Я не вернусь, я домой поеду. Ты передай нашим, что мне пора. Мне действительно пора…
Папа понимающе вздохнул.
- Передам. Иди.
Глаза его были добрыми, но недоверчивыми. Папа, всё же, сомневается во мне. Ну уж нет. Я докажу всем, что теперь всё в моей жизни будет иначе.
По моему, ребятки, не получилось. Всё выходило плохо и никак. Теперь пусть все будет по вашему.
***
После психотерапии в баре Петровна встретил меня, как родную. Он и раньше жаловал меня неформальным, похожим на родственное, расположением, но теперь смотрел еще более ласково.
- Ну как ты, «старость лет»? – поинтересовался он, когда я вошла к нему в кабинет. Я тоже не стала церемониться: что мы, зря пили? Мне не хватало в жизни союзников, а тут такой шанс. Я села на серый кожаный стул и закинула ногу на ногу.
- Прекрасно. – поймав его скептический взгляд, прибавила беззаботности голосу: - Честно, прекрасно. Как-то все сразу встало на места… Знаешь, что я решила?
- Что? – Петровна действительно искренне интересовался моей жизнью, и было радостно сообщать:
- Я выхожу замуж!
Из заинтересованно-внимательного лицо Петровны стало вдруг напряженным. Он явно хотел скрыть от меня спонтанные эмоции и заменить их другими.