Но Хедрик уже всё сказал, и он тащит Рема в единственное уцелевшее полностью помещение — домик Лидии. Что не подозрительно, потому что она с самого начала поставила на стенах защиту, к которой Хед не стал прибегать. Не успел вызнать о способностях вампирши больше, чтобы связываться.
Сама Лидия выходит из машины с недовольным видом:
— Мне там всё испачкают…
— Не испачкают, — заверяет Джек, и спешит за Хедом. — Если ты не отдашь его мне, у тебя будет ещё больше проблем! Да и, в конце концов, он ещё ребёнок… — и тут же исправляется: — За это будут отвечать Охотники. В любом случае. А учитывая, что теперь мы… квиты… Ты не в том положении, чтобы так поступать.
— Парни, — всё, что говорит Хедрик в ответ.
И Джека окружают потрепанные и злые оборотни, кое кто из них может обратиться на месте и разорвать Охотника пополам.
Джек стискивает зубы и плюёт кому-то под ноги.
— Твари…
Луи спешит за Хедриком, все ещё няньча свою раненую руку.
— Спроси… можешь спросить его, чем он меня порезал?
— Пойду отпаивать собачек своей кровью, — вздыхает Лидия и на прощание посылает Джеку воздушный поцелуй.
Хедрик швыряет Рема о стену в доме вампирши и кивает на него Луи:
— Сам спроси. Следи за ним. Мне нужно проверить остальных.
Конечно, только на непутевого Луи он его не оставляет, поэтому у выходов встают ещё по двое волков.
— Чем ты меня ранил, гадёныш? — оставшись с ним наедине, тут же наступает Луи. — И как вообще додумался напасть, сам ведь чуть не подох! — и вдруг пугается: — Это ты из-за меня, что ли? За ту девчонку мстишь?
Рем поднимает на него глаза.
— Это был ты?!
Луи отступает.
— Ну… Не тебе меня судить! Там у одного из наших ногу оторвало!
— Да вас поубивать мало, тебя в особенности! — и Рем бросается на него с ножом.
Луи, не ожидая, что у него всё ещё осталось оружие, пропускает удар и падает на пол…
Рем вытаскивает нож из пробитого лёгкого и кричит, надеясь, что Джек услышит.
— Он признался! Это был он!
И Джек, который задержался там, действительно слышит его крик… но не слышит, что именно он говорит.
— Дайте пройти! — он тянется к оружию, но останавливает себя. Не стоит их лишний раз провоцировать. — Я просто хочу поговорить с ним.
Луи со свистом выдыхает и пытается оттолкнуть мальчишку и отползти, чтобы не допустить второго удара. Но ему становится всё хуже и он стремительно слабеет.
— Я… не хотел, — сипит Луи, и из глаз его бегут слёзы. — Ты… как же можно… вот так?
Хедрик, уже отзвонившийся Соро, после того как убедился, что никто больше не пострадал, подходит к Джеку.
— Ты давно должен был уехать. Так вперёд.
— Я хочу хотя бы поговорить с ним.
— Нет. Чем быстрее мне позвонит Ральсель, тем лучше. С тобой мне нечего обсуждать.
И Джек, понимая, что ничего больше не может сделать, выругавшись про себя, возвращается к машине.
Хедрик, не обращая внимания на мелкого недоохотника, поднимает Луи на руки, и выносит.
Луи цепляется за него и пытается что-то сказать, но вместо слов из уголка губ его вытекает струйка крови.
Лидия кусает запястье и подносит к губам Луи.
— Жалко мальчика, — хлопает ресницами. И вдруг усмехается, протягивая Хедрику…
— Зато я нашла часть ноги Освальда.
Хед закатывает глаза.
— В холодильник убери.
Луи не может проглотить кровь, а то, что попадает ему в горло, выходит обратно вместе с кашлем, выбивающим последний кислород из лёгких.
Но вампирская кровь всё равно успевает немного облегчить его состояние, и хоть рана не затянулась, как было бы с человеком, Луи смог дышать.
— Прости… меня, — выдыхает он, глядя на Хедрика.
— Ничего… — Хедрик гладит его по голове, — мы всё уладим.
***
Скирт как обычно плывёт по течению, не стремится вырваться, ждёт, пока судьба сама прибьёт его к нужному берегу, словно приливная волна.
Есть те, кто идут своим путём, те, кто стремятся действовать наперекор обстоятельствам, но Скирта завораживает возможность оказаться там, где он бы никогда не оказался, стоя на ногах твёрдо и желая придти в какое-то определённое место.
Находиться там, где и хотел находиться — нет ничего, что звучало бы скучнее.
Скирт думает так даже сейчас, сидя в клетке в сыром подвале, закованный в цепи. Металл, из которого они сделаны, подсвечивается тёмно-зелёным светом от выгравированных на них рунах и жжёт запястья и шею.
Скирт обдолбан разными магическими примочками собственного изготовления, чёрной травой из сада Элизара и половиной оранжевого варенья. И ему прекрасно.