Мака почему-то передёргивает.
А Скирт едва ли не врезается в машину, пытающуюся их подрезать и прижимается к рулю, открещиваясь от телефона:
— Я не буду говорить, они меня услышат!
— Кто? — хватается Мак за спинку сидения. — Это Элизар.
Джонни каким то чудом даже не швырнуло в сторону. Он лишь напрягся и потянулся к ремню безопасности.
Мак вновь одаривает его подозрительным взглядом, и снова протягивает Скирту телефон.
Скирт останавливается и одаривает Мака гневным взглядом:
— Гаденыш!
А затем забирает телефон и швыряет в окно.
— Но… — Соня не успевает сказать ничего больше: мимо проезжает грузовик. — Это был мой телефон.
— Ты что делаешь, псих?! — вступается за её телефон Мак. — Он же… Я же… Блин!
Он заставляет себя замолчать, опасаясь испугать и взволновать Соню ещё больше, и глубоко вздыхает.
Джонни же тянет Скирта за рукав и шепчет:
— Мне нужно по маленькому…
Скирт улыбается ему и кивает:
— Иди на травку.
Соня касается плеча Мака:
— Ничего. Я сама виновата, не нужно было, — и тут она повышает голос и переводит взгляд на Скирта, и при этом её глаза странно мерцают, — связываться с сумасшедшими!
— Ну, Свечка!
— Заткнись! — и Соня снова возвращает внимание Маку: — Что-то не так? Что сказал твой отец? Какой план? Мы можем попросить телефон у Джонни и перезвонить.
— Сказал ехать в город, он нас догонит. Но я… не знаю. Сонь, мне нехорошо, а так всё в порядке. Не волнуйся. Я тебе… Я куплю тебе новый телефон, хорошо?
Джонни выходит и топчется на одном месте.
— Иди прикрой меня, Скирт.
— Никто не будет смотреть, иди! Хотя я посмотрю… покурю то есть, — Скирт выходит, а Соня едва не скулит, прикрыв лицо ладонями:
— Он же просто оговорился, да? Я не отдала мальчика очередному извращенцу?
— Я асексуал! — доносится до них.
— Но у тебя есть жена! — Соня выглядывает в окно и тут же отворачивается из-за Джонни.
— Да, ей это не нравится…
Мак давится от смеха и не может остановиться. Рука болит. Всё происходящее выматывает. Нервы сдают.
Джонни справляет нужду и с опаской косится на Скирта.
— Глаза закрой.
— Ты делаешь это так же, как человек?
— Закрой глаза! — и шепчет жутким голосом, ухмыляясь: — Пусть это останется тайной…
Скирт кивает.
— Нам нужно стать ближе, я понимаю. Хорошо.
И он прикрывает веки, выдыхая колечки дыма.
#29. Пять мужиков и одна Соня
Джонни успокаивается, заканчивает и спешит в машину, где со строгостью интересуется у остальных:
— Вы смотрели?
— Да, — с готовностью отвечает Соня. — Почему ты плохо себя чувствуешь? Может, тебе нужно поесть? — переводит взгляд на Мака.
Скирт возвращается на водительское и выезжает на дорогу.
Джонни утыкается в окно, обиженно и громко шморгая носом.
Мак пожимает плечом.
— Я голоден, — надеется он, что этим избежит дальнейших расспросов. — И устал. Вообще, очень хочется уже домой… и увидеть отца.
У неё всё совсем наоборот, но… куда деваться?
Они доезжают до придорожного кафе, но там не оказывается такого мороженого, какое заказал Джонни, поэтому Скирт разворачивается и вскоре находит место получше.
Соня выходит из машины и потягивается с наслаждением. Даже лучше, что разбился телефон, без него ей спокойнее.
Она первая заходит в кафе и находит свободный столик.
Джонни идёт за ней, поминутно оглядываясь на Скирта. С ним как-то… безмятежно.
Мак обгоняет их и занимает место рядом с Соней.
— Только у меня нет денег, — говорит он, внимательно вглядываясь в лежащие на столе салфетки, чтобы справиться с неловкостью.
Джонни же вынимает из кармана скомканную стодолларовую купюру и кладёт на стол.
— А у меня есть.
— Я помню, что нет, — закатывает Соня глаза и не удерживается, добавляя: — я уже привыкла к этому.
Скирт садится рядом со своим приемным феёнком и обращается к подошедшему официанту в горчичного цвета фартуке и клетчатой рубашке, с убранными в хвостик светлыми волосами:
— Мне тоже, что и этому юноши.
— А мне мороженое клубничное, с шоколадной крошкой и в рожке, — говорит Джонни, и забирает деньги, решив, что всё-таки поспешил выкладывать их на стол.
— А что вам? — он улыбается Сони, уже успев окинуть её оценивающим взглядом.
Она заправляет за ухо прядь волос.
— Большой стакан кофе со льдом и молоком, пожалуйста.
Он усмехается:
— Я вас угощу, можно?
— Нельзя, — встревает Мак, — вам угощать мою девушку!
Договорив, он внутренне замирает в ужасе. Но с другой стороны, он уже давно предлагал Соне притвориться её парнем, верно? Вряд ли же её разозлят теперь его слова? Пусть они и правдивы. С его стороны.