Хотя, надо признать, он мало похож на жертву частых разводов. Вместо прежней Тойоты Лэнд Крузер новая модель, тоже его любимого черного цвета. Такое ощущение, что машину он выбирает под одежду. На правом запястье часы в половину стоимости авто. А в замкнутом пространстве легко улавливаются ноты дорогого одеколона.
Навязчивые ноты.
Я опускаю окно со своей стороны, но это не особенно помогает. Я слишком остро ощущаю и запах его парфюма, и то, что мы один на один. Желание все переиграть и отказаться становится настолько сильным, что я переплетаю пальцы в замок. От внимательного взгляда Руслана по спине ползет холодная змейка и я отворачиваюсь к окну.
Неудобно, шея еще после перелета не отошла, но зато не жарко. Да и на поселок интересно посмотреть: за время моего отсутствия он изменился. По-прежнему много зелени, хорошая дорога, но кое-где ограды стали понадежней и повыше и вдали добавились новые дома. Машина едет настолько неторопливо, что по пути мы со встречными знакомыми умудряемся не только друг друга узнать и поздороваться, но и обменяться парочкой комплиментов.
– Если сбросишь скорость еще немного, – говорю я, – то пока ты объедешь этот забор, я успею зайти к соседям на чай.
– Вижу, я не ошибался, – отвечает Руслан, – ты все-таки больше настроена на отдых, чем на работу.
Это определенно талант. Мне едва удалось унять эмоции, но он снова их мастерски задевает, и промолчать не выходит.
– Спасибо за экскурсию. Но выезд из поселка с другой стороны.
– Знаю. В отличие от тебя, у меня не так много свободного времени, чтобы разбрасываться им впустую.
Странно, мне почему-то слышится в этом намек не только на эту поездку, но и на мой отъезд в Штаты. Но уточнить я не успеваю: машина останавливается у кованого забора с кирпичными столбами. Ограда невысокая, за ней прекрасно виден двухэтажный белый дом. Но взгляд задерживается на ковке – интересная, ажурный узор в виде стебля, который тянется к солнцу, а вверху распустившийся цветок из металла.
Раз-два-три-четыре… считаю я машинально. Семь. Цветик-семицветик, что ли? Недоверчиво кошусь на Руслана.
– У тебя есть шанс передумать, – роняет холодно он.
Понятно, забор был построен до него. Да и дом, скорее всего – слишком он для него… светлый и какой-то воздушный.
Но на этот раз я благодарна ему за то, что снова возвращает меня в реальность. Это помогает настроиться.
– Вот еще. – Я отстегиваю ремень. – Ты выполнил свое обещание. Теперь дело за мной.
– Тебя за язык никто не тянул.
Я забываю о его угрозе, как только выхожу из машины и дом открывается передо мной уже полностью. Удобное крыльцо, куда так и просятся плетеные кресла, чтобы сидеть за круглым столиком, смотреть на дождь и пить чай. Коричнево-красная крыша, на которой отдыхают заходящие лучи солнца. А с левой стороны полукруглый эркер, напоминающий башню.
– Идешь? – открыв калитку, оборачивается Руслан.
– Предупреждаю сразу, – говорю я, когда он пропускает меня вперед. – Если в этой башне сидит принцесса и ждет первого-попавшегося, кому сесть на шею, я хрупкая, я сразу сдамся и разрекламирую ей твою.
– Не переживай. Я здесь несколько месяцев не появлялся. Запаса еды нет. Так что, если что, кости ты унесешь.
– Зачем мне мешок с костями? Тем более что за мешком еще нужно будет домой пешком возвращаться. Слишком много телодвижений. Ну… разве что для того, чтобы выдать тебя полиции…
– Да, правильно я в тебя верил.
На этой оптимистической ноте мы пересекаем просторный двор и подходим к дому. Поднимаясь по ступенькам, веду ладонью по поручню: он теплый от солнца, даже слегка припекает.
У двери я оказываюсь первой. Терпеливо жду, когда хозяин поднимется и соизволит открыть мне дверь. А потом терпение как-то быстро заканчивается. Жарко, вообще-то, не только поручню. Но когда Руслан равняется со мной, ничего не меняется. Дверь закрыта. Мы стоим на пороге.
– По тому, как ты не торопишься впускать меня в дом, делаю вывод, что за мешком все-таки придется сходить.
– Держи.
Совершенно неожиданно он передает мне ключи.
Глава 4
Я машинально беру в руки связку, так же машинально отмечаю, что здесь два ключа и брелок с каким-то иероглифом. Исследую пальцем выемки, рассматриваю серый металл, а потом понимаю, что делаю и с силой сжимаю ладонь, позволяя зазубринам впиться в кожу.
– Круто, – говорю, легкомысленно улыбнувшись. – А к ним прилагается дарственная на дом?
– Ты обо мне слишком плохо думаешь. Подарить тебе сейчас этот дом – означало бы ввести в большие расходы. Я не могу так подставить сестру своего лучшего друга.