Слышу как закрывается входная дверь и утыкаюсь лицом в подушку, ещё настолько мерзко я себя не чувствовала. Слёзы льются сами собой и я не могу их остановить.
Сегодня все закончится, закончится то, что едва успело начаться, закончится моя игра, хотя знаете я не уверенна что играла... Сука я уже не в чем не уверенна...
Меня рвёт на части от боли, от осознания что его посадят или убьют, что это все на моих руках и что будет когда он узнаёт кто этому поспособствовал?! Он возненавидит меня если останется жив! И однозначно пожалеет о сказанной последней фразе.
А я не хочу причинять ему боль как банально это бы не звучало, прекрасно понимаю что поздно, но могла ли я поступить иначе?
В течении всего дня хожу как призрак по квартире, у меня нет не аппетита, не желания что либо делать. Я думаю что операция может начаться в любую минуту и соответсвенно закончиться.
Я бесконечно молю всевышнего чтобы Рома остался жив, пусть за решеткой, пусть ненавидит меня, но главное чтобы был цел и невредим.
Если с ним что-то случится я не смогу это себе простить. Я не понимаю вообще как жить мне дальше, что делать с этим чувством которое родилось во мне к такому опасному человеку? А оно родилось и согревает меня изнутри, оно твердит мне:
– Сделай что-нибудь, скажи ему пока не поздно, спаси его...
Я всеми силами гоню эти мысли, мне хочется сдохнуть от всего происходящего.
Телефон не выпускаю из рук, прислушиваюсь к каждому шороху за дверью. А вдруг он сейчас вернётся, вдруг он не причастен ко всему этому, вдруг мы ошиблись на его счёт...
Мне были даны четкие указания по команде покинуть квартиру, команда будет по итогу операции, если ее нет значит ещё ничего не начиналось или не закончилось...
Я даже не планирую собирать сумку, там вещей то не много и они даже не мои, поэтому как только будет приказ я уйду в том в чем есть не привлекая внимания.
Время тянется безумно долго, уже вечер, смотрю на город который загорается вечерними огнями.
Почему так долго? Может не сегодня? Может уже ничего и не будет?
Телефон в руке все также предательски молчит.
Меня отвлекает странный звук-треск, как будто пытаются открыть дверь.
Я встаю с места, осторожно и медленно двигаюсь к двери. Действительно, мне не кажется, этот звук от моей двери, скрежет даже я бы так сказала.
Но какого хрена? Что это может быть? Мне становится страшно, дико страшно, потому что у Льдова есть ключи, а наши бы сначала отправили мне сигнал на телефон.
Глава 42
Под звук собственного сердца я приближаюсь к двери, шуршание и скрежет за ней становятся все громче. В моей голове возникает идея посмотреть в глазок. С виду дверь массивная и надежная, но открыть можно любой замок я то это знаю.
На носочках беззвучно подхожу, смотрю в глазок и чуть ли не разрываюсь истерическим смехом, сука он заклеен! Заклеен блядь с другой стороны!
Я в ступоре стою несколько секунд, в голове бухает, в груди трясётся сердце, оно вот-вот выпрыгнет из меня. Это не Рома и не Соболь. Это пришли за мной и уж точно не очень хорошие люди. Меня с головой накрывает страх, я в шаге от паники.
Что блять делать? Меня ж сейчас убьют, кто бы там не был, но пришли они либо подчистить следы после взятия Льдова, об убийстве даже думать не могу, либо за мной, потому что не трудно догадаться кто их сдал. Да даже если и не догадались, меня в живых уж точно не оставят, слишком много стоит на кону.
Я бегу в сторону кухни и хватаю нож. Маленький ножик засовываю в карман джинс, махать перед их лицом ножом с порога глупо, но вот так на всякий случай пусть будет. На телефоне набираю номер экстренной службы и быстро сообщаю что ко мне в квартиру врываются грабители. Только не успеваю договорить адрес, как чувствую присутствие за своей спиной.
– Телефон убрала,– голос пропитан злостью и жестокостью.
Выпускаю телефон из рук, он падает на пол. И к моему не счастью экран тухнет от падения, а я специально не скидывала звонок. Сжимаю кулаки, ногти врезаются в ладони.
–Блять, она вызвала ментов,– мерзко орет один из этих.