Слушаю его кусаю губу, мне жалко его, дура да? И я верю его словам, он не лжёт, зачем ему это сейчас.
– Потом когда это произошло с Ирой, ну с женой ты знаешь,– говорит тихо, будто испытывает стыд.
– Что произошло?– нетерпеливо произношу.
Перед глазами всплывает то ее фото в бессознательном состоянии на больничной койке.
Рома смотрит в окно и молчит, пускает дым, затем говорит и я вижу как его глаза блестят от слез.
– Все было хорошо, она знала и принимала меня, радовалась удачам в клубе, я любил ее Кира,– опускает голову в низ, а у меня в груди жжёт,– Пока ее не подсадили на наркоту, представляешь?– из него рвётся нервный, громкий смех,– Мою же жену, на мою же блядь наркоту! Это бумеранг? Как думаешь?
У меня округляются глаза, какой ужас! Я невольно кожей ощущаю его боль, вот она парит в воздухе, никогда не видела его таким...
– А я настолько был поглощён работой, что сразу и не заметил, было время что и дома не ночевал, дел было тьма, по тихой отходил во все более легальное, почти все отдал парням в руки, а в момент когда понял что она уже подсела мне захотелось сдохнуть,– закрывает глаза и поднимает лицо к потолку.
– Лечить?– тихо, боясь сбить его с мысли говорю.
– Лечил, много лечил, везде лечил где только можно! Столько клиник объехали! Выходила и все по новой, сначала держится а потом... Знаешь есть такой тип людей которые просто не могут без этого кайфа, она оказалась такой,– он громко сглатывает образовавшейся ком в горле.
Выпрямляется, встаёт ко мне спиной, я рассматриваю его, сколько боли хранит этот на вид сильный и холодный человек, как я ошибалась раньше, он совершенно другой...
– Последний раз, она пробыла в клинике почти три месяца, я приехал доктор говорит стабильное состояние и вся хуйня, а я смотрю в ее глаза и вижу что она думает только о дозе! Понимаешь? Хули мне эти доктора если я столько наркош перевидел, эту жажду в их глазах не спутаешь ни с чем! Не хотел ее забирать, но она начала просить и врач настаивать, короче забрал,– продолжает не поворачиваясь ко мне.
–Закрыл ее в доме, не в нашей с тобой квартире, в ней она не жила, в доме... в него я больше не возвращался.
У меня просто сердце рвётся в клочья от боли, я даже представить себе не могу, что он пережил!
– Нанял сиделку, вроде все было нормально, никого не впускали, ее не выпускали. Но она уже не была прежней, не была той Ирой которую я любил, я даже смирился, ждал, надеялся... И тут я в клубе, важная встреча, а мне звонит сиделка, мол срочно надо уехать. А я настолько был занят, что думаю ладно в течение часа приеду норм все будет.
Я чувствую как его голос хрипит, паузы дольше, ему сложно это вспоминать и заново проживать.
– Приехал, а она с иглой в руке на полу лежит, изо рта пена– передоз. Не успел буквально на пару минут, если бы я сразу поехал, бросил все, то...,– замолкает, вижу как его дыхание участилось,– Мозг умер Кира, она в коме лежит уже практически год, знаешь не могу отключить ее от аппарата.
Из меня хлыщут слёзы, сквозь боль я встаю и подхожу к Роме обернувшись простыней. Сзади обнимаю его и прижимаюсь так сильно насколько могу. Он своей рукой накрывает мою.
– Ты знаешь кто это сделал с ней?– спрашиваю прижавшись щекой к его спине.
–Догадываюсь,– хрипло отвечает очерчивая круги на моей руке,– Аслан, его бесило что я был озабочен не наркотой а женой и клубом, теперь я с ним поквитался за все,– в его словах нет жалости.
Я сжимаю его в кольце своих рук, как же хорошо рядом с этим мужчиной.
–Мне так жаль Рома,– абсолютно искренне произношу.
–Поставку которую ты слила,– я инстинктивно хочу отшатнуться,– Подожди,– держит мою руку не давая мне этого сделать,– На поставке мы были в масках, униформа у нас такая,– усмехается,– Ни первый день живем и короче страхуемся, видишь не зря,– он поворачивается ко мне лицом.
Рукой проводит по ещё более заострившемуся подбородку.
–Руслана убили, в меня попали, в руку,– морщусь,– Аслан сбежал как только началась стрельба и копы себя обнаружили, он подумал меня завалили, выстрел видел, но я ушёл.