Поблуждав немного около домов, на которых, как назло, не было табличек, студент Петров уже отчаялся, но в этот самый роковой миг к нему пришло спасение.
— Вы что-то ищете, молодой человек? — услышал он приятный девичий голос за своей спиной. Вместо того, чтобы обернуться, Петров громко произнес «ищу», а уже потом обернулся и увидел на расстоянии нескольких метров от себя прекрасное человеческое существо женского пола. Даже в темноте, глядя на лик этой девы, явившейся в канун католического Рождества, он мог с полной уверенностью заявить о том, что таких красивых голубых глаз он не видел никогда. Вместо того, чтобы спрашивать адрес нужного дома, сраженный неестественной красотой Петров произнес:
— Я покорен вашим взором, юная леди. Позвольте узнать ваше имя? — сказал парень и снял шапку, чтобы совершить перед девушкой миниатюрный поклон.
— Меня нарекли Каталиной, — улыбнувшись, произнесла девушка. — А вы, стало быть, странник?
— Да, милая Каталина. Скажи мне, пожалуйста, как мне найти дом тринадцать по улице, названной в честь неведомого мне человека Якубова? — Надев шапку, студент умолк в ожидании ответа.
Девушка указала правой рукой на пятиэтажное здание из красного кирпича. Узрев интересующий его объект, Петров вновь обратился к Каталине:
— Спасибо вам огромное, Каталина, вы оказались здесь как раз вовремя! — промолвив благодарственную речь, студент Петров добавил: — Но как мне можно будет найти вас в этом странном городе, на фоне серости которого вы подобны солнцу?
Каталина в ответ только улыбнулась и, ничего не ответив, пошла прочь.
Очередной неожиданный поступок встречного человека сменил ощущение необычайной одухотворенности на безосновательную волнительность. Смирившись со своей относительной неудачей, молодой человек побрел к красному дому. По дороге он:
а) обошел четыре машины с разных сторон,
б) встретил дворового пса неведомой породы,
в) обратил внимание на открытое в одном из домов окно, в котором горел свет и звучала громкая музыка,
г) перед нужным подъездом поскользнулся и едва не упал.
Недра подъезда были сокрыты металлической дверью, распахнуть которую можно было либо при помощи электронного ключа, либо изнутри. Студент Петров набрал нужный номер квартиры и услышал характерный звон, доносящийся из динамика, спрятанного от вандалов под металлическими пластинами.
— Я вас слушаю, — голос его преподавателя Юлии Владиславовны Яковлевой был узнаваем, даже будучи пропущенным через провода и мембраны.
— Это студент Петров, уважаемая Юлия Владиславовна. — В ответ раздался писк и дверь подъезда отворилась. К радости Петрова, нужный ему объект проживал на первом этаже. А значит, не надо было подыматься по ступенькам невесть куда.
Петров подошел к двери, оббитой коричневым дерматином, и аккуратно надавил на маленькую красную кнопку дверного звонка. За дверью послышался треск. Дверь тут же отворилась, и перед студентом в неформальной обстановке предстал его преподаватель. Юлия Владиславовна была уже в возрасте, но, тем не менее, вела образ жизни, позволявший сохранить фигуру в удовлетворительном состоянии. Нетрезвые мужчины, обсуждая таких женщин в компании, обычно говорили — плотного телосложения. Лицо ее, как казалось Петрову, не изменилось с юношества, если, конечно же, не считать россыпь морщин на бледной коже.
— Входите, Петров, — высокомерно произнесла Юлия Владиславовна, позволив переступить студенту порог своей квартиры. Вытерев, как следует, ноги о половик, Петров сделал несколько шагов вперед. Дверь за ним захлопнулась.
— Ну что, Петров, вы готовы сдавать предмет? — произнесла Юлия Владиславовна, строго посмотрев в зеленые глаза молодого человека. На момент произнесения ею вопроса Петров как раз успел снять куртку, и вариантами его ответа были:
а) нет,
б) да,
в) «а что мне остается делать?»,
г) не знаю.
— Да, — твердо ответил Петров и разулся. Лицо его было как никогда серьезным, будто он был вовсе не студентом, а командиром бронепоезда.
— Ну тогда проходите в зал, студент Петров, — вежливо произнесла Юлия Владиславовна и скрылась, вероятно, в ванной или уборной.
Петров подошел к деревянной двери, на которой висела табличка «зал». Затем он взялся за ручку и открыл дверь. То, что преподаватель назвала «залом», мало соответствовало предполагаемому помещению для приема гостей и прочих посетителей квартиры. Студент оказался в комнате, где по центру стояла больничная койка, справа от нее находилось устройство, чем-то похожее на горизонтальный холодильник. Пол был уложен кафелем, создающим ощущение теплоты и комфорта. Стены и потолок были выбелены.