- Скажи мне, дядя Глеб, как такое возможно? Еще только состоялись похороны. Даже не подошел еще и сороковой день, а папа оказался должен банку столько, что отбирают дом? Или я не понимаю ничего, или я чего-то не знаю?
Глеб потер пальцами переносицу, вздохнул:
- Наташенька, все документы у меня на руках. Я их показывал хорошему юристу, с которым и познакомился через брата. И он тогда мне помог очень сильно. Я тебе их отдам, и ты сама все изучишь. Поверь мне, я искал всевозможные выходы, но дом в залоге. Отец твой ни с кем не советуясь, заложил его, под кредит. Даже если я продам свой дом, мне не восполнить всю сумму. А у меня еще семья есть, значит, надо покупать, хоть небольшую по площади, но с раздельными комнатами, квартиру.
Я только было собралась возразить, но он меня остановил.
- Я понимаю, о чем ты подумала. Что можно будет жить в этом доме всем вместе. Да, можно было бы, если бы денег хватило погасить долг. Но их катастрофически не хватает. Так что готовься ты переезжать к нам. Сроку тебе дают до сороковин, а после…
Он взмахнул руками, мол, ничего не поделаешь. Отвернулся, но я увидела, что в его глазах блеснули слезы.
Я вскочила и обняла его, укоряя себя, что в своем горе совершенно забыла, мой отец родной брат Глеба, и они очень любили друг друга.
Он редко у нас бывал, но только от того, что его жена не любила ходить к нам в гости. Мой дядя женился поздно, на женщине с ребенком. И вырастил мальчика как своего сына. Общих детей у них не было. И, честно говоря, они мне не очень нравились, что мать, что сын. Если и приходили иногда к нам, то вели себя, как будто мы им чем-то обязаны. И разговаривали с родителями насмешливо, а меня вообще не замечали.
И вот с ними мне теперь предстоит жить.
Больше месяца я живу на новом месте. Комнату мне выделили неплохую, рядом с кабинетом дяди Глеба. Я понимаю, что это именно он постарался. «Чтобы была под моим приглядом» - его слова меня немного удивили, но их значение я поняла гораздо позже.
До сорокового дня меня, наконец-то, оставили в покое. Не знаю, кто конкретно постарался изолировать меня от любопытствующих, может дядя, может его знакомый юрист, но я была благодарна им обоим. А самое главное, что ни жена дяди Глеба, ни его приемный сын, никак меня не задевали. Они меня просто не замечали. Только по поджатым губам Елены, так зовут жену моего дяди, я понимала, что она просто сдерживается. Ее сын Артем проходил мимо, отворачиваясь, и лишь иногда проскальзывала усмешка на губах.
Я старалась пока не думать о предстоящей жизни. Здесь и сейчас мне надо было закончить все свои дела по оформлению всяческих бумаг, так как я единственная наследница родителей. За это время я подписала кучу документов.
А еще собрала свои вещи и перевезла их на новое место. Шкатулку с мамиными драгоценностями мне принес дядя. Туда же я положила и браслет, который мама не взяла почему-то с собой, а оставила, когда они уезжали рано утром, на тумбочке возле моей кровати. Помню, я была в шоке от такого ее поступка. Этот браслет стоил целое состояние, и мама никогда не снимала его с руки. Папин подарок на какой-то юбилей их совместной жизни. Он был куплен тогда, когда все у папы в бизнесе было замечательно, не было никаких заморочек. Я не стала его надевать, а убрала в свою сумочку. Да и сейчас не надену. Еще не время для него.
Сороковой день мне почти не запомнился. Все было как в тумане. Моя единственная подруга Катя Романова, заставила выпить меня успокоительное. Она же видела, в каком напряжении я находилась последние дни. Мне хотелось просто лежать, сжавшись в клубочек, никого и ничего не видеть, ни с кем не общаться, погрузиться в свои мысли о родителях. Но мне не давали этого сделать. Я все время должна была куда-то идти, ехать, что-то подписывать, утрясать. Дядя Глеб всегда был со мной рядом, молча поддерживал, без него я не подписала бы ни одну бумагу, только после того как он прочитает и даст мне в руки.
И вот этот кошмар почти закончился. На другой день после поминок, перевезли мебель из моей бывшей комнаты в дом, где буду теперь я жить. Я попросила Катюшу переночевать со мной хотя бы одну ночь на новом месте. Катя не возражала, позвонила домой, предупредить своих. Когда мы с ней умылись и переоделись, в комнату, постучав, заглянул дядя.
- Девочки, приглашаю вас на ужин. Столовая рядом с кухней. Прошу.
Глядя на наши удивленные лица, спросил:
- А может, вы в комнате желаете поесть. Тогда пошли со мной, заберете свои тарелки.