Всего за каких-то пять минут ему удалось поднять в ней массу беспорядочных эмоций. Прикусив нижнюю губу, чтобы не выдать истинных желаний, Виктория всё же оставалась неумолимой. Действуя по всем законам летних курортов, она решила ещё немного поскромничать, а уж только потом принять неожиданное предложение мужчины.
Не отрывая своего взгляда от лазурной морской глади, Тори с толикой смеха в голосе проговорила:
– Я с незнакомцами не обедаю.
– Пардон, сейчас исправлюсь, – весело отозвался брюнет. – Позвольте представиться – Генри Холт.
Её встрепенувшееся сердце вдруг ухнуло вниз. Мгновенно вскинув голову, она посмотрела в открыто смеющиеся глаза собеседника.
– Вижу, моё имя произвело на вас впечатление.
Игривое настроение моментально испарилось. Сдержанно поджав губы, девушка вновь перевела взгляд на море. Простояв ещё целую минуту в молчании, Генри так и не дождался долгожданного ответа. Казалось, она вообще о нём забыла! Проглотив такое оскорбление, он нарочито беззаботно проронил:
– Разве в детстве вас не учили вежливости и никогда не говорили о том, что при знакомстве нужно взаимно представляться собеседнику?
Чуть не послав его куда подальше вместе со своей вежливостью, Виктория вовремя прикусила язык, но это совершенно не помешало ей произнесли следующую реплику. Резко развернувшись к нему лицом, она очень любезным, почти что милым тоном вымолвила:
– Уважаемый мистер Холт, прекрасно зная ваше отношение ко всему женскому полу, могу безошибочно предположить, что вам глубоко до фени моё имя. Насколько я знаю, от женщин вам нужно совсем другое.
Не ожидав настолько дерзкого ответа от, казалось бы, милого создания, мужчина немного оторопел. Но вскоре, быстро взяв себя в руки, с ещё большим интересом посмотрел на разбушевавшуюся девушку с ангельской внешностью.
– Хм, – усмехнувшись, начал он, – я вижу, слава идёт впереди меня.
– И знаете, она на редкость правдива, – едко вставила она.
– А что ещё, помимо бессовестного сердцееда, вы обо мне знаете? – с насмешкой поинтересовался он.
– Вы бы лучше спросили, что я о вас не знаю, – тут же огрызнулась Тори. – Слишком частое упоминание о вас в новостях делает вашу жизнь настолько прозрачной, что тут и догадываться ни о чём не надо. Вы разве не находите? Эдакий современный Казанова, бегающий от одной юбки к другой!
– Ну, – делая вполне серьёзное лицо, не спеша потянул Холт, – насколько я вижу, вы сейчас в брюках.
Пропустив его насмешливую иронию мимо ушей, Виктория сердито продолжила:
– У вас нет ни души, ни сердца, ни совести! Вы грязный развратник, привыкший жить в роскоши и комфорте.
Громкий смех Холта легко сорвался с его губ.
– Признаюсь, дорогая, в последнем я виновен. Но скажите, кто ж не мечтает о роскоши и комфорте в наше время?
Вновь проигнорировав его слова, девушка раздражённо прошипела:
– Я вам не дорогая! И Бога ради, прекратите ломать этот спектакль. Шли бы вы лучше искать своего частного гида в другое место. И… и вообще, что вы здесь делаете? Разве у такого известного и состоятельного, как вы, нет своей собственной яхты? И что вы потеряли на этом пароме вместе с остальными смертными?
– Ну, видите ли, – тихо начал он, слегка наклонив голову поближе к своей собеседнице, словно делясь с ней особо секретной информацией, – даже такому монстру, как я, не чуждо человеческое общество.
– Ищете новую жертву? – прищурившись, спросила она.
– Это смотря что вы имеете в виду под данным словом. Что именно? Обычно женщины сами падают ко мне в объятия, мечтая лишь об одном моём взгляде.
– Ну надо же, какая скромность! Вы, случайно, в детстве Фрейда не начитались?
Внезапно встав вплотную к ней, мужчина обхватил поручни так, что Виктория невольно оказалась в кольце его рук.
– Зато я, по крайней мере, всегда честен, – заметил Холт, наслаждаясь близостью с девушкой. Отстранив взгляд, она уставилась в белоснежный воротник его сорочки, слегка распахнутой на широкой груди. – Да, я беру от жизни всё. Да, я обожаю женщин и просто ужасно люблю с ними спать. Но вместе с тем я никогда не даю им несбыточных надежд! Не обещаю венчального кольца с бриллиантом и белого скакуна в придачу! Однако, даже несмотря на это, ещё ни одна из них не осталась недовольной после моих объятий. Так-то!