Виктория присмотрелась.
Один из лежаков был занят. Чьё-то широкое, довольно крупное тело расслабленно нежилось на нём. Предположив, что это кто-то из местных туристов, Тори недовольно скривила губы. Похоже, её уединение будет уже не столь спокойным.
Выйдя из хижины, она не спеша направилась к незваному гостю.
– Простите, вы… – мягко начала говорить, но, увидев чуть насмешливую улыбку причины своего пробуждения, её лицо резко переменилось. Едва не зарычав от негодования, она, наконец, послушалась его вчерашнего совета и, сняв с себя холодную маску отстранённости, свирепо прокричала: – Нет! Это уже переходит все границы! Вы… – кинувшись к свободному шезлонгу, Тори безуспешно попыталась сложить его. – …Вы не имеете права здесь находиться.
– Я не имею права? – весело переспросил мужчина, приподнимая с глаз солнцезащитные очки.
– Да, не имеете права!
– Прости, это что, твой частный пляж?
Ей очень хотелось солгать, сказать что-нибудь острое в ответ на его издевательскую усмешку. Но что толку? Она нутром чувствовала, что даже если и солжёт Холту о том, что это её частный участок, он не поленится и выяснит правду.
– Нет, – сокрушённо призналась она.
– Тогда не вижу причин, почему я не могу здесь находиться, – надвинув очки обратно на глаза, брюнет не спеша скрестил руки за головой и поудобнее расположился на шезлонге.
– Да просто потому, что я заняла это место первая! – возмутившись ещё сильнее, громко пояснила разбушевавшаяся девушка.
– М-да-а-а, – наигранно потянул Генри, – а тебе в детстве разве не говорили, что быть жадиной нехорошо?! И вообще, милая, не нужно так злиться. Я не такой, как ты, мне места не жалко, так что прекращай истерику и забирайся на свободный шезлонг.
Нет, этот тип просто несносен! Ей и так сегодня уже пришлось несладко после приснившегося кошмара, так теперь ещё и этот решил последние нервы вымотать.
– Ты не должен быть здесь! – чуть ли не плача от обиды, выговорила она. – Да как ты вообще нашёл это место? Ты… ты что, следил за мной?
– Я вчера так и не дождался ответа на свой вопрос, – словно ни в чём не бывало, произнёс Холт.
– Ответ: нет, нет и ещё раз нет! – в жгучей ярости выкрикнула Тори.
– Уже поздно, – с лёгкой улыбкой на губах, отозвался он. – Я ожидал ответа вчера, а не сегодня. Кстати, интересная лачуга, ты в ней живёшь?
Ей дико захотелось чем-нибудь зашвырнуть в этого ужасно довольного собой зануду. Зануду, обладающего чертовски сексуальным телом. Упругие рельефные мышцы на груди говорили о том, что он нередкий гость в фитнес-клубе. Широкие плечи, подкаченный живот, крепкие руки так и притягивали изголодавшийся взгляд.
Резко одёрнув себя, Виктория в бешенстве топнула и, вытянув руку в сторону от пляжа, чётко произнесла:
– Пошёл вон!
– Ай-ай-ай, – качая головой, поддразнил её Генри, – как грубо.
Набрав полные лёгкие воздуха, она попыталась хоть немного остыть и успокоиться.
– Хорошо, – уже более сдержано продолжила строптивица. – Не уйдёшь ты – уйду я!
Круто развернувшись на месте, она прямиком направилась к своему бамбуковому домику. Убрав зубную пасту с щёткой в свою сумочку, девушка вновь выбежала из лачуги и поспешно направилась вглубь острова.
Если ему так приспичило загорать именно на этом пляже, что ж, пожалуйста, пускай остаётся, индюк несчастный. Полежит в одиночестве час-другой и уйдёт, никуда не денется. Ведь он всю жизнь только и занимал номера «Люкс» в самых роскошных отелях мира. Что он будет делать на маленьком пустынном пляже без привычной роскоши?!
Заглянув в одну из дамских комнат ближайшего кафе, Виктория закончила свои утренние процедуры и вернулась на свежий воздух. Заняв свободный столик, она заказала чашку горячего капучино и пару слоёных булочек с шоколадной начинкой, но, заприметив приближающегося к ней Холта, демонстративно отвернула голову. Увидев краем глаза, что он, похоже, совсем не заметил её протестующего жеста и вот-вот сядет за тот же столик, Тори устало вздохнула.