При виде этого милого детского личика её сердце сжалось, а глаза на мгновение окутала тихая печаль. Поздно осознав, что все её эмоции написаны у неё же на лице, девушка вновь как можно беспечнее улыбнулась, подняла голову… и встретилась с озадаченным взглядом Софии. Быстро опустив глаза в свою тарелку, Виктория с наигранным старанием начала пробовать её содержимое.
– Кстати, моя девочка, а почему сегодня к нам не приехал Брендон? – послышался тихий вопрос Эммы.
– У него сегодня важный ужин с клиентом, – с небольшим, слегка заметным облегчением в голосе сообщила Тори, радуясь в душе кратковременной отсрочке неприятного разговора.
– Слышал, его дела стремительно идут в гору! – вновь наливая сыну в опустошённый стакан яблочный сок, заметил Майкл.
Наблюдая, как старший брат и с София с трепетом ухаживают за малышом, вместо того чтобы оставить его на попечение няне, Виктория мягко улыбнулась. Таков уж её старший брат: если это его – значит, только его, а если уж полюбил – значит, навсегда.
Мечтательно глядя куда-то вдаль, девушка в который раз отметила, как же отличаются её собственные отношения с Брендоном от взаимоотношений Майкла и Софии. Однако нечего строить иллюзий на это счёт. Такой мужчина, как её брат, – скорее, редкостный экземпляр в современном мире, нежели типичный образец. Хотя когда-то даже она начала сомневаться в его мягкотелости и уважении к женщинам. Вскользь вспомнив первый неудачный брак Майкла, Виктория несколько поёжилась, даже несмотря на то, что комнатная температура в доме была достаточно комфортной. Уж лучше спокойный, уравновешенный Брендон, чем мерзкая змея, пригретая на твоей груди, какой и оказалась Николь – первая жена старшего брата. Тем не менее, теперь, глядя на эту любящую друг друга пару, Вики снова мечтательно заулыбалась и в очередной раз поблагодарила судьбу за счастье брата. А вот что будет с её собственным счастьем, она, увы, не знала.
– Так это правда, Тори? – повторил свой вопрос Майкл.
– Да. У него всё хорошо, – не отрывая взгляда от тарелки, ответила взволновавшаяся девушка.
– Тори, – слегка таинственный громкий шёпот старшего брата, заставил её посмотреть прямо в его весёлые глаза, – так когда уже?
– Когда уже – что? – уже догадываясь о его вопросе, сдержанно переспросила она.
– Боже мой, Тори, – не выдержал отец, – мы тут все с нетерпением ожидаем узнать, когда же вы с Брендоном бросите тот беспорядочный образ жизни, ночуя то здесь то там, и наконец соизволите представить ваш законный союз, пригласив нас на свадьбу. – Георгий тепло улыбнулся, всё же с укором посмотрев на дочь. – Тебе двадцать четыре, Брендону тоже давно не восемнадцать – пора бы вам уже и о детях подумать!
Глухо закашлявшись, Виктория попыталась протолкнуть застрявший в горле кусочек мягкого хлеба. Наконец-то восстановив дыхание, она хотела ответить отцу весёлой шуткой, но как назло так и не нашла подходящих слов.
– Я… я…
– Папа, – тут же пришла на выручку София, с притворным укором глядя на пожилого мужчину, – не бегите впереди паровоза. Какая свадьба? Пусть они сначала хотя бы о своей помолвке объявят.
– Да, но… – начал было Георгий, однако находчивая сноха вдруг снова взяла инициативу в свои руки:
– А для того чтобы объявить о помолвке, этим двоим голубкам не помешало бы расслабиться, отвлечься от городской суеты, а там, глядишь, и всё само собой решится. Что скажешь, Тори?
– Да, неплохая идея, – машинально подтвердила девушка.
Сейчас она была на всё согласна лишь бы прервать эту мучительную тему.
– Вам действительно не помешало бы отдохнуть, дорогая, – в тон отозвалась тётя Эмма. – Виктория, ты же как-никак владелица целой сети турагентств. Выберите себе какое-нибудь экзотическое путешествие и езжайте вдвоём. Хватит тебе уже с нами, стариками, засиживаться!
– Попрошу не обобщать! – со смехом возразил Пол.
– Да тебя и дома-то практически не бывает, – вмешался отец. – Ты, как и твой брат, просто не вылезаешь из офиса.
Решив, что неприятная тема соскользнула сама собой, Виктория готова была свободно выдохнуть, как вдруг мягкий голос Эммы уничтожил всю только выстроенную хрупкую иллюзию:
– Так что ты скажешь, дорогая?
Судорожно придумывая ответ, девушка сказала первое, что пришло в голову: