— Сказать сестре, откровенно говоря, страшнее, чем мужу, — горько усмехнулась Катя. — Она только и твердила, что наша любовь эгоистичная, а значит недолговечная.
— Мы ничего плохого не делаем, — заверил я, целуя теперь виски и веки. — Мы всего лишь заканчиваем страдать ерундой и выбираем жизнь. Ты записалась ко врачу? Скажи когда, я хочу присутствовать...
Я давно не был так счастлив. Планировал и предвкушал будущее отцовство. В доме выделил комнаты для неё и её дочки. Велел купить всё самое необходимое для будущего малыша, заказал мастеров для новой детской, но... Она не позвонила, а ведь обещала, что расскажет, как прошёл разговор. Смиренно ждал, понимая, что такие откровения от супругов тяжелые и долгие, а значит, лучше не докучать. Отсчитывал часы до утра, и с восходом солнца не выдержал и набрал её номер.
— Алло, — сухой мужской голос не внушил ничего хорошего. Муж? Если он удерживает её силой, лично приеду и убью.
— Я могу услышать Екатерину Николаевну? — сначала решил с официального обращения.
— Кем вы приходитесь Екатерине Николаевне?
Ого, уже начался допрос?
— Я её непосредственный начальник — Аверин Валентин Сергеевич. Екатерина — мой личный ассистент.
На том конце устало вздохнули и тоже представились, заставив сердце размозжиться о рёбра:
— Ваязов Артур Эдуардович — старший следователь ГУВД.
Что? Следователь? Почему следователь? Земля разверзлась под ногами, пока я слушал доклад полиции. Машина Кати и её супруга на полной скорости вылетела с моста и рухнула на проезжую часть. Водитель и пассажир скончались на месте.
Боже! Нет, нет, нет!
От этих жутких новостей буквально сошёл с ума. Полиция восстановила ход событий жуткой аварии, и я понял, что сам же убил любимую и своего ребёнка. Катя действительно всё рассказала мужу. Нет, не в машине, раньше. Куда они ехали мог только предполагать, возможно, к её сестре за дочерью. Доро́гой ругались, и обманутый муж слетел с катушек. Мерзавец нарочно направил машину на полной скорости с моста и погубил не только себя и супругу, но и моё дитя.
Расследование длилось недолго, как и шумиха. Мои pr-менеджеры быстро сгладили все углы, кроме одного. В моей душе. Я стал вновь одинок, но в этот раз с чувством тяжести — дочь Кати. Малышка лишилась родителей... Из-за меня и моей уже проклятой мечты.
Нашёл девочку в другом городе у родной тёти, но женщина гордо и решительно велела мне убираться из их дома и не приближаться к ребёнку. В смерти сестры она винила только меня, проклиная едва ли не до седьмого колена. Напрасно, я давно уже проклят.
Отступил, но перед этим перевёл на их счёт приличную сумму, в качестве компенсации.
Долго анализировал, ища смысл в происходящем, но ответ неожиданно дала женщина в сквере, где я часто прогуливался, наблюдая за счастливыми семьями.
— Верни домой обделённого и любимая твоя воскреснет снова, — на одной эмоции произнесла она, игнорируя мои руки, что оттолкнули. — Ты проклят родной дочерью, прости у неё пощады и верни... Верни свою последнюю ниточку к счастью.
Я понял. Понял, что речь о моём внуке, о котором уже давно не вспоминал. Однако, пробив все преграды не думал, что внучок точная копия родного отца. Родственной связи не случилось
Теперь понял, что прошлое всё равно воскресло и пришло ко мне за расплатой.
Наши дни
— Малышка, — первое, что молвили мои губы, когда открыл глаза в своей спальне.
Над головой висела капельница, а рядом сидела Варвара в обществе моего внука и медсестры.
— Эй, он очнулся, — девушка смотрела на меня очень внимательно, напоминая ту, что навсегда потерял. — Валентин Сергеевич, вам лучше?
— Когда ты рядом, Катюш, всё всегда становится лучше...
Любимая побледнела, отпрянув от постели. Видел, как она попятилась назад, словно намереваясь убежать, но итога уже не увидел. Я вновь отключился, уйдя в дрёму прошлого.
Второе пробуждение оказалось более тяжёлым, но чётким. В этот раз возле моей постели сидел лишь внук. Слышал жужжание его ноутбука и тихий стук клавиатуры.
— Дед? — тихо произнёс он, боясь то ли нарушить тишину, то ли забыв, как правильно напрягать голосовые связки. Внук отложил работу и поднялся с постели. — Я позову медсестру...
— Не надо. Не сейчас...
— Почему ты скрыл, что у тебя серьёзные проблемы с сердцем? — Стас если и хотел снова злиться, то не мог. Похоже, совесть не позволяла.
— Это бы ничего не изменило...
— Откуда тебе знать? — и только теперь уличил в его голосе незнакомые нотки обиды. — Если бы ты с самого начала не стал обращаться со мной, как с последним дерьмом, то и жизнь наша сложилась бы иначе.