—Ты был с ней, да? — мой голос охрип, но плевать. Плевать на установки, на то, как я при этом выгляжу. День-два и я всё равно исчезну из его жизни.
—Был — отвечает, улыбнувшись краешком губ, но глаза были печальными, опустошенными, не живыми.
—И…. как? — Я продолжала стоять в дверном проёме, удерживая края полотенца. Под кожу как- будто цемента насыпали. Ни шаг сделать было невозможно, ни вдох. Бушманов продолжал улыбаться, провёл пальцами по волосам и замолчал. Прошло около минуты, прежде чем он ответил.
—Всё замечательно, Полька — театрально развёл руками — Ленка женится, я за бортом. Всё как ты и предполагала. Не нужен я ей, понимаешь.
Мне. Мне нужен! Но кому до этого есть дело…
—Ты сказал, да? Признался?
—Признался…
—А она?
—А она ничего. Выставила за дурочка и всё.
Паша посмотрел на меня: внимательно и цепко и я только сейчас заметила, как блестят его глаза.
—Алкоголь— не самый лучший способ залечить раны — нахмурилась и направилась к шкафу. Взяла чистое белье, одежду для сна, а после скрылась в ванной.
Минут через пять вышла.
Бушманов, не изменяя себе сидел в той же позе.
Ну и пусть сидит, пусть хоть что делает, а я пойду спать! Забравшись под одеяло, отвернулась, закрыла глаза и безэмоционально пробормотала.
—Выключи свет, я спать хочу.
Кровать заскрипела, два шага и комната покрылась мраком. Хлопнула дверь ванной и раздались звуки льющейся воды.
Я пыталась уснуть, но бушующие мысли не давали расслабится. Когда Паша вышел, на автомате закрыла глаза. Все ждала, когда же он откроет шкаф, вытащит матрас и наконец вырубится, но на удивление я почувствовала, как рядом со мной прогнулся матрас и грудь парализовало от волнения.
—Ты чего делаешь? — прошептала, почувствовав жар мужского тела и руку обвивающую живот… Дрожь проскользнула по хребту, а сердце едва не вырвалось из сковывающих оков.
—Спи, Поль — так же тихо ответил Паша, щекоча ухо своим дыхание. — ни о чем не думай, просто спи.
Попробуй усни после такого. Кажется, ещё чуть-чуть и я в обморок грохнусь.
Низ живота пульсировал спазмами от нежных пальцев, вычерчивающих круги на коже. Меня уже бил озноб от волнения и приятного удовольствия. Зачем он так со мной? Зачем искушает своим присутствием, для чего всё это?
—Паш — Позвала я почти беззвучно, и губа вонзилась в кожу, когда парень отодвинул край шорт, пробираясь к кромке чёрного кружева. Я вспыхнула словно спичка и по-хорошему нужно было прекратить, сказать, чтобы остановился, ведь это неправильно. Но как бороться с чувствами и своими желаниями, когда сердце тянулось к нему.
Вытащив ладонь из моих трусиков, Паша развернул меня к себе и не успела я ничего сказать или возразить, как его губы вонзились в мой рот. Настойчиво и умело. Не расцепляя поцелуя, Паша накрыл меня своим телом, продолжая манить и кружить голову.
—Ты пожалеешь — прохрипела я в его губы, и он вновь стал целовать. Губы, шею, приподняв край майки — грудь…живот…. А я просто отключилась. От реальности, от всего, о чем завтра возможно пожалею и просто отдалась мгновению тягучего, сладостного наслаждения.
Глава 22
Я не сомкнула глаз до самого утра. Не потому что не хотела, а просто не могла. Боялась, что стоит погрузится в сон, как всё происходящее окажется моей чертового иллюзией. Лежала, смотрела на Пашу. На его умиротворённое лицо в свете Луны, на родинку под губой и упивалась каждым мгновением. Слушала ровное дыхание, ощущая в груди настоящий фейерверк чувств. Я безнадёжно и безоговорочно влюблена в этого мужчину: в его голос, нежность рук, глубину чёрных глаз…Наша ночь — это не просто случайный перепихон. Это настолько особенное для меня, что страшно начинать новый день. Я отнюдь не дурочка с переулочка, считающая, что после секса Паша воспылает любовью. Пфф, для него всё происходящее ничто иное, как момент забыться, заглушить минутную боль, выбить из головы дуру Лену. Но душа всё равно ноет, пылая надеждой на лучшее.
Глупое, глупое сердце!
Как бы я не пыталась, он не оценит. Не поймет, что для меня Бушманов нечто большее, глубокое и родное. Да, прошло каких- то три дня, а меня уже штормит, но любовь не подвластна контролю и логике. Она просто приходит, не взирая ни на что, просто живёт в тебе и просто хочет взаимности, а в результате-то ни хрена всё не просто. Как бы мне не хотелось не думать — это невозможно. Паша занозой засел глубоко внутри и выдернуть его оттуда будет ой как не легко. Но знаете, я попытаюсь. Для начала съеду, основательно минимизировав наши встречи. А дальше… дальше начну жить, как и прежде, только с дырой в сердце. Ничего особенного…