Усевшись за столик, Кэрол медленно пила сок, когда знакомый голос заставил ее вздрогнуть и выпустить стаканчик из ослабевших пальцев.
— Ба! Местные кумушки не врут, это и правда ты, цыпочка!
— Да, это я, — вздохнула Кэрол. Все таки Брукхейвен — маленький город.
— И зачем пожаловала? Веревки из братишки крутить? — голос Мэрла таил невысказанную угрозу.
— Мама, а кто это? — Сэм уставился на незнакомца во все глаза.
— А ниггер то почище доктора в генах шарит. Здорово, племянник! — восхищенно присвистнул Диксон.
Блондинка внезапно встала, ринувшись за дочерью, которая, взвизгнув, устремилась к Мэрлу.
— Папа, это он, да? — возбужденно проговорила девочка, беззастенчиво уставившись на Сэма.
Смущенный мальчик прижался к Кэрол.
— Боже, простите пожалуйста! — блондинка выглядела расстроенной. — Эшли Роуз Диксон! Где твои манеры?!
— Там же, где совесть Кэрол, блонди, — хохотнул Диксон, притягивая к себе женщину.
— С тобой мы поговорим позже… Мэрл, — прошипела она.
Кэрол не знала, плакать ей или смеяться. Погладив сына по голове, она прошептала ему на ухо:
— Я тебе все объясню дома, Сэмми. Тебе может показаться странным, но это… твой дядя и, очевидно, сестра.
— Ты правда мой дядя? — громко спросил мальчик.
— Да, малой, он самый. Мэрл Диксон. А это — Эшли, твоя сестра и Андреа, ее мама, — неожиданно спокойно произнес Мэрл, слегка наклоняясь к мальчику. — А тебя как зовут?
— Сэм, — представился тот.
Эшли, взволнованно тараторя, спросила:
— Сэм, а ты придешь к нам в гости? Я покажу тебе мои игрушки, папа точно купил мне на Рождество железную дорогу, он обещал! А потом мы вместе будем есть пудинг, тебе понравится! Ой, твой папа наверное тоже тебе что-то подарит, хоть он и не знал, что ты приедешь!
— Папа здесь? — на лице мальчика появилось выражение страха.
— Нет, милый, Эда здесь нет, — проговорила Кэрол, успокаивая сына.
— Какой еще, нахрен, Эд?! — спросил Мэрл.
========== Глава 6. Санта спешит на помощь ==========
Рик долго изучал в небольшом зеркале в ванной свою опухшую физиономию, покрытую трёхнедельной, никак не меньше, щетиной. Радости не добавляли и красные глаза с лопнувшими в них сосудами и бледность, словно он месяц не выходил на свежий воздух.
«Так и есть. Я… пил. И бывал только в двух местах — пиццерии и баре. Неудивительно, что Барри меня выставил».
Барри — уже бывший шериф, любил повторять, что честность, смелость и верность долгу — лучшие качества, характеризующие настоящего мужчину. Честность? Он был честен с Лори, говоря, что работа требует все больше времени с каждым днем. Он был верен долгу — как муж и как полицейский. Вот только смелость подкачала. Рик Граймс долго боялся взглянуть в зеркало и обнаружить, что от него уже ничего не осталось.
Но теперь хватит! Хватит жалости к себе и бездействия. Скоро он сможет увидеть своего сына и должен доказать ему и себе, что не сломлен.
Протяжно вздохнув, он схватился за бритву.
Через пару часов Рик вышел из дома, намереваясь прогуляться в поисках работы и заодно тайно надеясь встретить Карла и Лори.
Он шел, не обращая внимания на редких прохожих и наслаждаясь свежим воздухом. Боль, много дней сжимающая виски, начала потихоньку отступать, когда раздался нечеловеческий вопль:
— Помогите! Пожалуйста, я не умею плавать!!!
Граймс бросился бежать в сторону Брукхейвен Парк Плейс, где было небольшое искусственное озера, куда он частенько водил Карла кормить уток и других птиц. По берегу метался невысокий щуплый парень, он продолжал кричать. Рик, скинув на ходу куртку и ботинки, нырнул в озеро, заметив то появляющуюся, то погружавшуюся в воду светлую макушку. Ребенок в панике захлебывался, кроме того ее тянуло вниз намокшее красное пальтишко и сапожки с пряжками.
С трудом вытянув на берег тяжелое тельце, Рик сжал грудную клетку девочки, пытаясь заставить ее выплюнуть воду, которой она наглоталась.
— Что стоишь? Вызывай скорую! — рявкнул он на парня в нелепых очках, который застыл, с ужасом глядя на ребенка.
Очкарик дрожащими пальцами принялся тыкать в смартфон.
— Ну давай, давай, — бормотал Рик. Внезапно малышка вздрогнула и из ее носа и рта хлынула вода. Перевернув девочку на живот, он гладил ее спинку, пока она не перестала кашлять. Убедившись, что все вышло, Граймс стащил с нее мокрое пальто и укутал в свою куртку.
— Где скорая? — спросил он, обращаясь к незадачливому папаше или кто он там был.
— Па…парамедики сказали, что будут через две минуты, — заикаясь, проговорил парень.
— Хорошо. Ты кто, отец? Как тебя зовут?
— Милтон. Нннет… я… меня попросили погулять с ней, а потом Пенни просто свалилась в воду, а я… я не умею… — всхлипнул парень. — Боже, Филипп меня убьет, точно, убьет!
— Все обошлось, сейчас врачи ее осмотрят, — успокаивающим тоном сказал Рик, увидев, как в парк вбегают двое парамедиков.
Их троих погрузили в скорую и увезли для дополнительного осмотра.
Завернувшись в одеяло, Рик потягивал огненно-горячий кофе, сидя в приемной. С Пенни все было в норме, скоро ее должны были отпустить домой. Милтон, краснея и бледнея одновременно, разговаривал по телефону.
— Милтон!!! Что произошло, где она?! — разъяренная девушка со смешными дредами ворвалась в приемную, схватив очкарика за руку.
— Мишонн, она в палате. От…отпусти руку, больно, — взмолился парень.
— Больно?! Я попросила тебя пятнадцать минут побыть в ней и вот что произошло! Сюда едет Блейк и нам обоим не поздоровиться, вот увидишь!
— Знаю, — сник Милтон, — это моя вина…
— В его защиту могу сказать, что он вопил так, что было слышно даже в Атланте, — вмешался Рик.
Повернувшись, девушка смерила его подозрительным взглядом.
— А вы кто?
— Рик Граймс, я достал Пенни из воды, услышав крик Милтона о помощи.
Заметно расслабившись, девушка улыбнулась, сразу преобразившись.
— Я не знаю, как вас благодарить… Я Мишонн, няня Пенни. Скоро приедет ее отец. Если бы не вы… — она порывисто села рядом и сжала руку Рика.
— Я просто шел мимо, — растерянно сжав в ответ руку девушки, Граймс почувствовал, как дрожат ее пальцы.
***
Кэрол хотелось расхохотаться от абсурдности происходящего. Мэрл Диксон, взирающий на нее с праведным возмущением, Андреа, явно не знающая, что делать, довольная Эшли и жмущийся к ней Сэм.
— Эд — мой почти бывший муж, — наконец ответила она.
— Круто! То есть слезы по братишке ты не лила, правильно? — презрительно сощурился Мэрл.
— Может, не стоит… при детях? — прошипела Андреа.
— А что? Опять «взрослые разговоры, Эшли закрой уши»? — протянула девочка, явно передазнивая кого-то из родителей.
— Господи, Эш! Сходите-ка с Сэмом, возьмите мороженого. Скажи Гленну, чтобы принес самое вкусное, — поспешного проговорила Андреа.
— Но, мама…
— Брысь! — скомандовал Мэрл.
— Милый, сходи с Эшли. А потом мы пойдем к дедушке, — ласково сказала Кэрол.
Когда дети удалились, Кэрол холодно взглянула на чету Диксонов.
— Я не думаю, что нам есть о чем говорить, и так получилось… неудобно.
— Неудобно? Цыпа, ты ни слова не сказала Дэрилу о ребенке и свалила, не хорош он оказался для такой, как ты! А щас как ни в чем не бывало разгуливаешь тут, а все и языками рады трепать, — сказал Мэрл.
— Если ты помнишь, я приходила к вам! И хотела поговорить обо всем… о ребенке, о Бет… — ответила Кэрол. Знакомая боль нахлынула волной. Ее руки на нем… на том, кто был только ее, Кэрол…
— Хреново ты хотела, раз так быстро сдалась, — пробормотал Мэрл.
Андреа, словно боясь передумать, торопливо заговорила:
— Кэрол, я понимаю, что мы не знакомы, а Мэрл не самая лучшая компания, но может быть, вы зайдете к нам вечером? Рождество как никак… Эшли так рада Сэму, они дети и не стоит их впутывать в ссоры, нужно дать им возможность радоваться празднику…