Щелчок пальцем. Включить.
Щелчок пальцем. На экране вечер, множество домов, которые сливаются в темноте, и пара людей. Они смеются и обнимаются. Сергей вглядывается в экран, думает, что кто-то ошибся. Хочет выключить, но почему-то продолжает, как завороженный, смотреть. Пара в обнимку стоит посередине улицы и, как кажется мужчине, целуется. Видео не совсем четкое, автор часто дергал рукой, отчего картинка расплывается. Девушка задорно смеется. Смех до боли знакомый, сердце долбится, ломает все преграды и поднимается к горлу. Сергей сильнее сжимает телефон. Перестает дышать, воздух кончается. Какой-то перекачанный парень вжимает в стену старого кирпичного дома его Аню. Сергей жмет паузу, не в силах смотреть дальше. Откидывает телефон. Нет, отрицает. Это не она, глаза его подводят, этого не может быть. Просто чья-то злая шутка. Он непрерывно качает головой. Хватает за ворот рубашки, рвет пуговицы, задыхается. Лицо горит, тело горит, он весь горит. Сергей ищет кнопку и опускает стекло. Высовывает голову, хватает воздух уже бело-синими губами. Дождь больно хлещет по щекам, пытается остудить. Мужчина думал, что ад живет в нем, но как он ошибался. Ад открыл ему свои объятия только сейчас. Желудок сводит, и Сергей начинает захлебываться своей же желчью, страхом, болью и разочарованием. Они сливаются в один ком, застревают в горле, преграждая путь воздуху.
— С вами все хорошо, Сергей Александрович? — спрашивает встревоженный водитель и выруливает на обочину, сигналя сопровождению.
Сергей его не слышит, в его ушах только задорный смех Ани. Он режет его на части, снимает с живого плоть и наслаждается оголенной душой. Умереть не больно, больно жить и чувствовать. Мужчина опять скрывается в салоне, с мокрых волос стекают капли. Они стекают по щекам, шее и сгорают на жарком пламени от тела. Телефон издает еще один гадкий сигнал. Сергей хватает его в руки, открывает файл и больше ничего не чувствует.
Фото Ани в объятиях того же парня. Крупный план. Сознание быстро дорисовывает все события, недостающие элементы и убивает своего хозяина.
— Сергей Александрович, что с вами? Давайте остановимся, — спрашивает водитель, почти притормозив ход на обочине. Он видит огромные капли, стекающие по его лицу. Пот, дождь, слезы.
— Не останавливайся, гони, — рычит на него Сергей. Водитель выезжает на дорогу и прибавляет газ. Выжимает на полную, начинает играть с мокрой трассой. Шины скользят по гладкому асфальту. Машину ведет в разные стороны, разбивая о железный кузов нежные капли дождя. Сердце не бьется, легкие не дышат, мозг не работает.
Через минуту Сергей слышит хлопок. Машину начинает сильнее водить из стороны в сторону. Водитель судорожно крутит руль, пытается справится с управлением на скользкой дороге.
— Колесо чем-то пробило, — кричит он и быстро перехватывает руль, старается выровнять машину.
— Тормози, — нервно, цепляясь за кресло, просит Сергей.
— Не могу, тормоза не работают, — тихо и обреченно. — Сергей Александрович — это все.
Сергей слышит еще хлопок, уши закладывает, и машина взлетает вверх. Центрифуга, поворот, удар, боль. Все….
Машина, вдребезги разбитая, лежит на обочине. Искореженный металл сдавливает, что-то шумит. Мужчина приходит в себя, открывает глаза. Пытается пошевелиться, но понимает, что нестерпимая боль сковывает все его движения. Он шипит сквозь стиснутые зубы. Кровь повсюду, разлетевшиеся осколки стекла пронзили салон, застряли в кожаной обивке и в теле водителя и пассажира. Они отражают капли дождя и выглядят, как хрусталики льда. Лицо — кровавое месиво, Сергей давится своей кровью, пытается сплюнуть. Он переводит взгляд на водителя, тот безвольной куклой сломан пополам и больше не дышит. В голове пусто, лишь звериный страх владеет сейчас его сознанием. Сергей втягивает едкий запах горючих веществ и дым от дымящегося зада машины. Кровь смешивается с потом и дождем, застилает глаза, отчего он плохо разглядывает фигуру человека, который что-то орет и пытается выломать спрессованную дверь. На него летят осколки оставшегося стекла и царапают израненную кожу. К счастью, железо поддается быстро, и поток ливневого дождя обрушивается на мужчину.